«Билет на войну»: кто борется с Зиявудином Магомедовым за его последний крупный актив
«Уходи! Уходи!» — встречали докеры Владивостокского морского торгового порта (ВМТП, входит в группу FESCO) своих новых руководителей – нового президента FESCO Аркадия Коростелева и назначенного 2 октября гендиректора ВМТП Романа Кухарука. Топ-менеджеры приехали в порт 5 октября по приглашению профсоюза работников ВМТП. Но разговор не задался. Едва Коростелев добрался до микрофона, в него полетели десятки касок, и вскоре он ретировался с митинга под свист сотен докеров.
Рабочие порта во Владивостоке закидали главу FESCO касками
FESCO, один из крупнейших частных транспортно-логистических холдингов России, раздирают корпоративные войны. Владелец 32,5% акций компании, бывший участник списка Forbes Зиявудин Магомедов был против назначения Коростелева президентом. Сам Магомедов писал об этом из СИЗО. В том же письме он заявил о «рейдерском захвате» FESCO.
Впрочем, у Коростелева есть и сторонники - это люди, которые утверждают, что они владельцы 33,9% FESCO, следует из обращения , размещенного на сайте группы накануне стычки в порту. Интересы этой группы акционеров представляют зарегистрированная на Британских Виргинских островах Domidias Ltd и две российские компании «НоваторИнвест» и «Наутилиус». Кому-то из них и продал свои 23,8% инвестор Марк Гарбер, не пожелав участвовать в корпоративной войне. Гарбер отказался раскрывать подробности Forbes. Ни одна из трех компаний из числа вновь выявленных акционеров ранее не упоминалась в связи с FESCO и до сих пор не значится в отчетности. Forbes разбирался, кто борется с Зиявудином Магомедовым за компанию.
Новые лица
«Никакого рейдерского захвата FESCO не было», — говорится в совместном заявлении директора Domidias Ltd Анастасии Еврипидоу, владельца «НоваторИнвест» Евгения Мельникова и владельца «Наутилиуса» Яна Близнеца. По их словам, кадровые перестановки связаны «с окончанием срока действия прежнего состава директоров». А докеров якобы подначивает уволенный гендиректор порта Заирбек Юсупов, который приходится родственником Магомедову. В пресс-службе FESCO не смогли пояснить, когда и каким образом среди бенефициаров FESCO появились Domidias, «НоваторИнвест» и «Наутилиус». Одна из компаний приобрела пакет инвестора Марка Гарбера, которому принадлежало 23,8% FESCO, говорил источник РБК. Сам Гарбер отказался от комментариев, сославшись на соглашение о конфиденциальности.
Как выяснил Forbes, все новые компании, которые называют себя бенефициарами FESCO, связаны с бизнесменом Михаилом Рабиновичем, следует из данных СПАРК-Интерфакс. Ян Близнец возглавляет ООО «Арго Трейдинг», которым владеет Виктория Новикова. Ей в свою очередь с июня 2020 года принадлежит «Давинчи Тревел», которой до этого владел Андрей Северилов. Он же – владелец 100% «УК Давинчи» и 20% «Холдинговая компания Давинчи». 80% последней компании принадлежит Михаилу Рабиновичу, а ее гендиректор – Евгений Мельников — единственный владелец «НоваторИнвеста», второго «нового» бенефициара FESCO.
Анастасия Еврипидоу, согласно профайлу в соцсети LinkedIn, является корпоративным администратором кипрской Parallel Nominees Cyprus Limited. Владельцем компании, по данным кипрского реестра, выступает Tingueta Holding. Она, в свою очередь, является номинальным держателем доли Андрея Северилова в Локо-банке, следует из раскрытия ЦБ. Еще одним владельцем Локо-банка выступает Михаил Рабинович.
Не последний человек
«Рабинович в транспорте не последний человек», — рассказывает один из игроков отрасли. Собеседники «Ведомостей» называли его «связанным с бывшим президентом РЖД Владимиром Якуниным». В середине 2000-х Рабинович возглавлял «дочку» госмонополии «Отраслевой центр внедрения новой техники и технологий», а также, по данным «Ведомостей», входил в советы директоров двух «дочек» «Федеральной пассажирской компании» (ФПК), которая принадлежит РЖД. Со ссылкой на данные KPMG «Ведомости» писали, что компании, связанные с Рабиновичем и Севериловым, в 2013-2015 годах получили от ФПК контракты на 37 млрд рублей. Позже представитель Якунина отрицал , что Рабинович «числился в списке контактов» бывшего главы РЖД, хотя и не исключал, что у них могут быть общие знакомые.
После ухода Якунина Рабинович сохранил хорошие отношения с новым руководством РЖД, рассказывают два источника в транспортной отрасли. До весны 2019 года он владел оператором поезда класса люкс «Гранд Экспресс», который курсирует между Москвой и Санкт-Петербургом. На момент сделки ГСЭ («Гранд Сервис Экспресс») отбила 1,3 млрд рублей инвестиций и заработала 450 млн рублей чистой прибыли, сообщала компания. Но Рабинович решил развивать другие бизнес-проекты. Какие именно, а также какой была сумма сделки, в сообщении ГСЭ не уточнялось. В последствии ГСЭ занялся жд-перевозками в Крыму, за что попал под санкции США .
Билет на войну
Михаил Рабинович был одним из трех представителей FESCO, которых хотел видеть во Владивостоке профсоюз докеров. Согласно протоколу собрания трудового коллектива ВМТП, он вместе с Коростелевым (в протоколе его фамилия написана с ошибкой — Коростылев) и главой совета директоров Лейлой Маммед Заде якобы организовал и принимает активное участие в «рейдерском захвате порта»: «До прибытия вышеуказанных лиц (…) работники порта не прекратят проводить собрания, будут стоять до последнего и проводить акции».
В протоколе Рабинович назывался советником президента «Дальневосточного морского пароходства» (головная структура FESCO). То, что Рабинович приходится советником Коростелеву, подтверждают и два источника, близких к FESCO. Один из них уточняет, что Рабинович пришел в компанию одновременно с назначением Коростелева 4 сентября. Рабинович имел отношение к FESCO «лет десять назад», говорит еще один собеседник Forbes, не вдаваясь в подробности.
Как именно Рабинович мог быть связан с FESCO, неясно. Известно, что в акционерах как FESCO , так и Локо-банка числился шведский инвестфонд East Capital. Кроме того, до конца 2018 года FESCO владела блокпакетом «Трансконтейнера», который контролировала РЖД. Магомедов рассчитывал участвовать в приватизации пакета госмонополии, но ярым противником сделки выступал Якунин. Госдоля в «Трансконтейнере» была выставлена на торги, когда Якунин покинул РЖД, а Магомедов попал в тюрьму, и досталась группе «Дело» Сергея Шишкарева , который перед сделкой заручился поддержкой Росатома. В интервью Forbes он говорил, что строит «национального транспортного чемпиона» и не скрывал своего интереса и к FESCO.
Рабинович действует в интересах Шишкарева, считает источник, близкий к FESCO. «Мог бы, но пока это не так», — лаконичен источник, близкий к «Делу». «Рабинович выступает как оппортунист», — считает еще один собеседник Forbes: хочет забрать стрессовый актив, а затем предложить его рынку. Сейчас вряд ли кто-то из крупных игроков всерьез рассматривает приобретение FESCO, рассуждает собеседник Forbes. «Чисто технически» вести переговоры с собственником в СИЗО не слишком удобно, констатирует он: «Да и билет на войну никому не нужен».
«Мы не скрывали и не скрываем своего интереса к активу, однако в нынешний корпоративный конфликт не вовлечены», — сообщил представитель «Дела». Адвокат Магомедова не смогла предоставить комментарий, в FESCO и Локо-банке не ответили на запрос Forbes, Юсупов и Северилов были недоступны для комментариев. На звонок в «Наутилиус» ответила прежняя гендиректор компании и сообщила, что давно не имеет к ней отношения, телефоны «НоваторИнвеста» не отвечали.
Одни в СИЗО, а те беднее: что стало с миллиардерами эпохи Медведева
Одни в СИЗО, а те беднее: что стало с миллиардерами эпохи Медведева
При Медведеве. Пока Медведев был президентом, состояние братьев Зиявудина и Магомеда Магомедовых выросло до сотен миллионов долларов. В 2012 году стоимость активов Зиявудина Магомедова — основного владельца бизнеса братьев, объединенного в группу «Сумма» — достигла $900 млн, в 2014 году — $1,2 млрд, а в 2017 — $1,4 млрд.
В 2010 году «Сумма» стала совладельцем крупнейшего в России Новороссийского морского торгового порта (НМТП). В 2012 году группа приватизировала 50% Объединенной зерновой компании (ОЗК) — в соответствии с указом Медведева-президента, изданным годом ранее.
При Медведеве Магомедовы стали и крупными господрядчиками. В 2009 году Зиявудин Магомедов взялся за реконструкцию Большого театра, тянувшуюся с 2005 года. Проект курировал лично Медведев. В 2011 году реконструкция была завершена. А «Сумма» получила доступ к другим госстройкам — структуры Зиявудина Магомедова вошли в число крупнейших подрядчиков Минтранса, суммы контрактов за 2012-2015 превысили 120 млрд рублей.
Что сейчас. В марте 2018 года братья Магомедовы были арестованы по обвинению в организации преступного сообщества и хищении 2,5 млрд рублей бюджетных денег при строительстве ряда объектов по господрядам. На сегодняшний день сумма ущерба по делу выросла до 11 млрд рублей. Братья до сих пор находятся в СИЗО, а их империя фактически разрушена. Долю в НМТП выкупила «Транснефть», часть активов отошла ВТБ, который выкупил долю Магомедова в «Трансконтейнере» и забрал за долги пакет в ОЗК.
Политологи высказывали мнение, что этот арест Магомедовых ослабляет позиции Дмитрия Медведева и вице-премьера Аркадия Дворковича, с которым Зиявудин Магомедов учился на экономфаке МГУ.
При Медведеве. В начале 2012 года Дмитрий Медведев (тогда еще президент) назначил Михаила Абызова своим советником и куратором работы «Открытого правительства» — ведомства, которое должно было упростить взаимодействие ведомств и граждан. К тому моменту Абызов уже был состоятельным человеком (состояние $1,3 млрд), ему принадлежала группа RU-COM, объединявшая активы в инжиниринге, энергетике и сельском хозяйстве. Портфель контрактов группы Е4, занимавшейся строительством энергоблоков, на 2013 год превышал 160 млрд рублей. После ухода Медведева в правительство Абызов стал «министром без портфеля», продолжив курировать «Открытое правительство». Абызов идеологически был близок к Аркадию Дворковичу и Зиявудину Магомедову, которые поддерживали выдвижение Медведева на второй президентский срок, писал РБК со ссылкой на свои источники.
Что сейчас. В новый состав правительства, сформировавшийся в 2018 году, Абызов не вошел, хотя рассчитывал остаться в кресле министра. Причем сам пост министра по делам «Открытого правительства» был ликвидирован. В марте 2019 года бывшего министра без портфеля арестовали. Ему вменили хищение 4 млрд рублей у Сибирской энергетической компании и «Региональных энергетических сетей» и вывод этих средств в офшоры. Абызов отрицает обвинения, и несмотря на предложения о залоге в 1 млрд рублей, находится в СИЗО. В конце 2018 года заявление о возбуждении уголовного дела в отношении Абызова подавал Альфа-банк — один из кредиторов группы E4, проходящей сейчас процедуру банкротства. Но правоохранители отказали Альфа-банку. Иски к Абызову подавали и другие кредиторы Е4, старающиеся привлечь экс-министра к субсидиарной ответственности, например, структуры «Реновы» Виктора Вексельберга.
«Наверное, это плохо. Но теперь другого варианта развития событий не существует. Раз конфликт не был урегулирован в гражданско-правовом поле через суд, иски и так далее, то теперь опять же единственным способом разрешения этого конфликта будет следствие и приговор суда», — так прокомментировал Медведев арест бывшего подчиненного.
В начале 2019 года состояние Абызова составляло всего $600 млн. Позднее активы Абызова на 1 млрд рублей были арестованы судом.
При Медведеве. В частных беседах Владимир Евтушенков не скрывал, что Дмитрий Медведев оказывал поддержку его проектам. Об этом Forbes в 2014 году рассказывали сразу несколько знакомых миллиардера. По их словам, без внимания Медведева, например, не осталась консолидация АФК «Система» Евтушенкова предприятий башкирского ТЭКа. Блокирующие пакеты акций нефтяных предприятий республики «Система» купила еще в 2005 году. А в 2009 году они перешли под контроль «Системы», которая консолидировала их на базе своего крупнейшего на тот момент актива — «Башнефти».
О приобретении акций башкирских предприятий знал лично Дмитрий Медведев. Получение «Системой» контрольного пакета в «Башнефти» согласовывалось с ним и его помощником на тот момент Аркадием Дворковичем, а Евтушенков воспринял факт согласования Медведевым сделки как защиту от проблем с активом, рассказывал Forbes федеральный чиновник.
Что сейчас. Сделки «Системы» с нефтяными предприятиями Башкортостана стали причиной уголовного дела, затронувшего в 2014 году лично Евтушенкова. Ему вменялось легализация денежных средств при покупке акций «Башнефти». Глава РСПП Александр Шохин даже окрестил преследование Евтушенкова делом «ЮКОСа номер два». Сам миллиардер провел под домашним арестом три месяца. А уголовное дело против него было закрыто только в январе 2016 года. Медведев искренне переживал из-за Евтушенкова, чувствовал персональную ответственность за происходящее, писал Forbes со ссылкой на знакомых экс-премьер-министра.
Параллельно с уголовным делом против Евтушенкова разбирательство шло в Арбитражном суде Москвы, который в октябре 2014 года постановил, что сделка по передаче «Башнефти» и других предприятий башкирского топливно-энергетического комплекса в частные руки была неправомерной. После этого АФК «Система» лишилась своего пакета в нефтяной компании — он перешел государству, а потом был выкуплен «Роснефтью». Однако на этом сага АФК «Системы» с «Башнефтью» не закончилась. В мае 2017 года «Роснефть« к корпорации Евтушенкова иск на 106,6 млрд рублей (затем сумма выросла до 170,6 млрд рублей). Именно столько, по версии «Роснефти» потеряла «Башнефть» из-за реорганизации, проведенной «Системой» в 2013-2014 годах. В декабре 2017 года «Роснефть» и «Система» заключили мировое соглашение. По нему «Система» выплатила «Башнефти» 100 млрд рублей в качестве возмещения убытков. А акции АФК «Система» не могут достигнуть уровней, на которых держались до иска «Роснефти», до сих пор.
Состояние Евтушенкова сократилось с $7,7 млрд в 2011 году до $1,5 млрд в 2019.
При Медведеве. Президентство Медведева запомнилось в первую очередь курсом на модернизацию, символом которого стало создание инновационного центра «Сколково». Группа по его разработке была создана в 2009 году. Желание курировать проект изъявляли Михаил Прохоров и Анатолий Чубайс, но в итоге на эту роль весной 2010 года был выбран Виктор Вексельберг .
«Мы определились, что экосистема должна складываться из набора элементов. Университет — ключевой, если не основной элемент, потому что это кузница кадров», — рассказывал о создании «Сколково» Вексельберг. Помимо университета (Сколтех) ключевыми элементами иннограда «Сколково» стали технопарк и инновационный центр.
В итоге. В 2016 году Счетная палата опубликовала итоги проверки работы «Сколково» 2013-2015 годах, которую проводила совместно с ФСБ. Результаты были неутешительными — по мнению аудитора, у «Сколково» слишком много бюджетных денег — за указанный период государство выделило на развитие инноваций 58,6 млрд рублей и это львиные доходы фонда — 78%. Многие траты «Сколково» Счетная палата назвала необоснованными, а основные достижения приписала дочерней структуре Сбербанка.
Состояние Вексельберга в 2011 году оценивалось в $13 млрд, к 2014 году оно увеличилось до $17,2 млрд. К началу 2019 года стоимость всех его активов сократилась до $11,5 млрд. С апреля 2018 года бизнесмен под санкциями.
При Медведеве. В сентябре 2010 года глава «Ростехнологий» Сергей Чемезов на встрече со страстно увлекающимся гаджетами президентом Дмитрием Медведевым показал прототип российского сотового телефона 4G с двумя экранами. Разработкой телефона, который получил название YotaPhone, занялась компания Yota Devices, в которой контроль (64,9%) принадлежал фонду Telconet Capital Limited Partnership Альберта Авдоляна и Сергея Адоньева , а «Ростехнологий» было 25,1%. Собеседники газеты «Ведомости» называли Авдоляна человеком из окружения Чемезова.
«Короче, Apple напрягся», — пошутил в 2013 году Медведев, когда первый смартфон ему презентовал Сергей Чемезов. Но за два года в мире было продано менее 100 000 смартфонов. Непопулярность смартфона эксперты объясняли высокой ценой — почти 22 000 рублей за смартфон — и узостью продуктовой линейки. К тому же на продажах сказалась и девальвация рубля в декабре 2014 года. Но акционеры не отчаивались и ожидали взрыва продаж после выхода отечественного смартфона третьего поколения.
Что случилось потом . Акционеры Yota Devices начали постепенно выходить из бизнеса в 2016 году — тогда 30% у фонда Адоньева и Авдоляна купила китайская компания China Baoli Technologies Holdings. Позже продал свои 10% сооснователь и экс-гендиректор компании Владислав Мартынов. Весной 2017 года Сергей Чемезов заявил о нехватке китайский инвестиций для выпуска третьей модели отечественного смартфона. В июле 2018 года «Ростех» продал свой пакет в Yota Devices консорциуму во главе с китайской инвестиционной группой Trinity World Management за 3 млрд рублей. В 2019 году Верховный суд Каймановых островов признал Yota Devices банкротом с долгом в $1 млн.
В 2019 году Авдолян забрал за долги крупный актив Зиявудина Магомедова — Якутскую топливно-энергетическую компанию, на основе которого планирует строить кластер в Якутии, и остается основным претендентом на долю Газпромбанка в Эльгинском месторождении.
Сергей Адоньев в 2018 году спонсировал президентскую предвыборную кампанию Ксении Собчак. Также Адоньев — один из спонсоров «Новой газеты».
