«Многие говорят, что надо валить»: что думают белорусские айтишники о выборах президента и протестах
9 августа в Белоруссии состоятся выборы президента страны. На пост вновь будет претендовать бессменный с 1994 года глава государства — Александр Лукашенко. В преддверии дня голосования из гонки под давлением властей выбыли три основных оппонента президента — блогер Сергей Тихановский, бывший председатель правления Белгазпромбанка Виктор Бабарико и создатель Парка высоких технологий Валерий Цепкало . Первые двое оказались под стражей по обвинению в уголовных преступлениях, третий, чтобы избежать судьбы «коллег», был вынужден временно перебраться в Россию . Отказ властей допустить к участию в выборах оппозиционеров спровоцировал массовые акции протеста, которые в последние недели жестко подавляются правоохранительными органами.
На фоне политического противостояния Forbes решил узнать настроения представителей белорусского IT-сектора. Как акционеры и менеджеры технологических компаний относятся к выборам президента и протестам? Поддерживают ли они оппозиционеров и собираются ли покидать страну в случае, если у руля останется Лукашенко? Подробнее — в репликах собеседников Forbes.
«Когда живешь в диктатуре, постоянно думаешь о том, чтобы уехать»
Основатель международной IT-компании с офисом в Белоруссии (анонимно):
У нас в Беларуси работают около 200 человек — большая часть сотрудников компании. За последние несколько недель нескольких из них в Минске «упаковали» в автозаки, они до сих пор находятся под арестом. В Беларуси нет таких митингов, как в России: в России люди реально митингуют, а в Беларуси стоят в очереди и хлопают в ладоши — за это их и забирают в автозаки. В нашей команде многие говорят о том, что «надо валить и все достало».
В связи с коронавирусом стало понятно, что удаленка помогает быть более гибкими с точки зрения географии. Мы работаем в удаленном режиме с марта. Поэтому, если сотрудники хотят уезжать из Беларуси, мы будем открывать юридические лица в тех странах, куда они хотят уезжать, и платить им там. Как следствие — белорусская казна будет недополучать деньги.
У нас в Беларуси есть юрлицо, мы — резидент Парка высоких технологий, у нас успешный бизнес, который растет. За последний год в стране наша команда выросла в два раза. Но если истощается кадровый резерв, — а он точно будет истощаться, потому что у всех хороших IT-специалистов есть выбор, где жить, — то развивать бизнес не получится. Когда ты понимаешь, что живешь в военной диктатуре, ты постоянно думаешь о том, чтобы уехать. Какое-то время можно пожить в Минске — там все дешево, — но через некоторое время ситуация начинает угнетать: многие думают про будущее детей и понимают, что в Беларуси будущего не будет очень долго.
«IT — единственная сфера, куда не лезет государство. Именно поэтому IT в Беларуси цветет»
Я не знаю, изменится ли что-то в результате выборов, но знаю, что мои сотрудники устали от президента — один и тот же человек правит двадцать лет. Он старый, он не совсем понимает, как работает современная экономика.
IT в Беларуси — это единственная сфера, куда не лезет государство, именно поэтому IT в стране цветет. Государство в IT не лезет, потому что невозможно контролировать индустрию, работающую на внешний рынок.
Когда-то в стране в IT в основном платили «черные» зарплаты, на карточки из литовских банков, например. Государство посмотрело на это и решило: «Мы можем посадить пять человек, но это вызовет волну эмиграции». В 2005-м создали Парк высоких технологий , который является частично офшорной зоной. Там работают толковые люди, на его территории действует «английское право». Это выгодно власти, потому что местные айтишники покупают квартиры, машины, тратят деньги в магазинах и т.д. А эти потоки власть уже контролирует.
В Беларуси нет внутренного рынка информационных технологий — вся выручка, которую генерируют компании, в долларах. К примеру, в 2017-м белорусская казна получила от экспорта IT-услуг более $1 млрд. В страну приходит капитал извне — например, моя компания продает услуги 20 000 клиентам, и только пять из них находятся в Беларуси. То есть мы со всего мира «качаем» деньги, продаем продукт на глобальном рынке, и две трети этих денег остается в Беларуси в виде зарплат, платы за офис и т.д. 99% белорусских IT-компаний такие же. В России есть внутренний IT-рынок, и многие компании работают на нем, но у нас в стране совершенно другая ситуация.
«Власть в очередной раз доказывает неспособность сделать из страны нечто инновационное и имеющее шанс на успех»
В Беларуси в сфере IT низкое налогообложение, основные затраты — это зарплаты, аренда. Но эти отчисления производятся со средней по стране зарплаты — $500, в то время как средняя зарплата айтишника в Минске — $2000. В среднем налоговая нагрузка составляет 10-15%, зато эти $2000 айтишники тратят в стране.
Я думаю, что в ближайшее время будет стагнация, замедление роста экономики и эмиграция: все больше компаний будут открывать офисы в Украине, России, Польше, Литве, чтобы люди не уходили из компании и для них была какая-то альтернатива.
Я не вижу, что изменения в Беларуси были бы кому-то выгодны сейчас. Есть сильная гражданская позиция — это круто, но при этом есть сильная власть. Белорусская власть в очередной раз доказывает свою негибкость и неспособность сделать из страны нечто интересное, инновационное и имеющее шанс на успех.
«Если изменится общество, результат выборов будет уже не так важен»
Дмитрий Морозов, основатель и CEO финтех-стартапа «Нейробанк»:
На мой взгляд, на IT-индустрию в Беларуси больше повлиял коронакризис, чем выборы. Особенность IT в том, что информационные технологии не ограничены рамками одной страны, так как это в первую очередь интеллектуальный̆ труд. Писать код и создавать IT-продукты можно находясь как в Беларуси, так и на Бали — главное, чтобы был интернет. Инструмент айтишника — это компьютер и мозги. В случае негативного влияния внутренних процессов на IT-индустрию мозги очень быстро находят свое место там, где созданы более комфортные условия.
В Беларуси в настоящее время созданы достаточно удобные условия для развития IT и аутсорса, поэтому индустрия и развивается в этом направлении. Если убрать еще ряд препятствий, барьеров и пережитков прошлого, в частности, обеспечить безусловное соблюдение прав частной собственности — защитить бизнес, недвижимость, интеллектуальную собственность и другие активы людей, — то продуктовая IT-индустрия расцветет в полную силу, начнут появляться продуктовые компании мирового уровня.
Пока что в основном в Беларуси находятся отделы разработки. На мой взгляд, IT-индустрия в стране в зачаточном состоянии и по большей части ориентирована на аутсорс-модель из-за дешевых интеллектуальных ресурсов. «Нефть» Беларуси — это интеллект.
«Начинать перемены нужно с самого себя, тогда и окружающий мир изменится»
Учитывая, что IT-индустрия ориентирована на внешний рынок, на нее больше влияют события в США и Европе, чем в Беларуси. IT — это бизнес, и большая часть аутсорс-компаний ориентированы на внешних платящих клиентов, соответственно, ключевым фактором для них является обстановка в тех странах, где находятся их конечные клиенты.
Что касается влияния выборов лично на мой бизнес: я — серийный предприниматель и профессионально занимаюсь созданием и развитием продуктовых стартапов. Я сфокусирован на решении конкретных проблем и удовлетворении потребностей пользователей. Решая проблемы отдельных людей, я повышаю уровень благосостояния всего общества.
Мое личное мнение по выборам, основанное на опыте и наблюдениях — какое молоко, такие и сливки. Изменится молоко, изменятся и сливки. Начинать перемены нужно с самого себя, тогда и окружающий мир изменится. И как только изменится само общество, результат выборов будет уже не так важен, потому что это лишь отражение внутреннего состояния общества.
В постсоветском обществе укоренилось процессное мышление. И для того, чтобы общество сделало качественный скачок в развитии, необходимо массовое внедрение продуктового мышления — работа не на процессы для галочки в стол, а на конкретный ценный конечный продукт, который можно измерить и передать дальше.
«У 80-90% коллег на аватарках рамки с поддержкой оппозиционных кандидатов»
Алесь Гончаренок, дата-аналитик в IT, исследователь в НКО, автор подкастов про бизнес:
IT-cообщество реагирует на происходящее достаточно остро. Есть мнение в Беларуси, что айтишники пассивные и только зарабатывают деньги. Но по моему ощущению, это люди, которые решили свои низовые задачи и думают на шаг вперед. Хотя открыто компании никого не поддерживают, если скролить ленту Facebook, я вижу, что у 80-90% коллег стоят рамки на аватарках с поддержкой оппозиционных кандидатов.
В маленьких продуктовых компаниях даже говорят: «Ребята, вы аккуратнее. Смотрите, чтобы не всех сразу задержали, надо, чтобы хоть кто-то работал». За последний месяц в стране около 1100 человек задержаны по политическим причинам и признаны виновными.
Ребята из IT — креативный класс. Не только ходят на митинги, но делают сайты, где можно увидеть членов избирательных комиссий, организовывают краудфандинг на штрафы и выпуск книг, например. У нас нет опросов общественного мнения, экзит-поллов, поэтому провели хакатон и придумали, как альтернативно посчитать голоса. Это будет портал, который связан с Telegram-ботом и Viber: ты присылаешь фото бюллетеня, и система потом сама считает, сколько человек за кого проголосовали.
В маленьких компаниях даже говорят: «Ребята, аккуратнее. Смотрите, чтобы не всех сразу задержали»
Сейчас белорусы вообще суперактивны. Мне каждый день звонят родители, спрашивают, не задержали ли меня, смотрел ли я то или это видео про выборы.
Раньше было по-другому. Люди не чувствовали свою причастность или что могут на что-то повлиять, им было неинтересно. Все изменилось в этом году: появились популярные кандидаты и разорвался шаблон «Если не Лукашенко, то кто». Да и общество за 26 лет сильно изменилось. Ценности нынешнего президента не бьют в наши ценности.
Кроме того, нынешняя власть много нагрешила, например, проигнорировала коронавирус. Может, это неплохо, что у нас не было тотальной самоизоляции, как у других. Но [возмущает] риторика. Когда умирает человек, а про него говорят: «Ну что ж он, старый, за собой не следил, плохо ел, физкультурой не занимался». То есть люди сами оказались виноваты в том, что умирают. Власть показала к ним наплевательское отношение.
Благодарны ли [мы] Лукашенко за Парк высоких технологий? Думаю, нет. Есть мнение, что это случилось не благодаря, а вопреки президенту. Благодарных меньшинство, хотя он и называет нас на пресс-конференциях своими детьми.
«Российская льгота вряд ли сможет сманить белорусских айтишников в Сколково»
Кирилл Атстаров, CEO в Skinive.com:
По моим наблюдениям, белорусские выборы цикличны по накалу страстей. В 2010 году они были напряженные и сопровождались жестким разгоном многотысячного митинга и преследованием оппозиции. В 2015-м все прошло, напротив, довольно спокойно: общество было запугано конфликтом в Крыму и на Донбассе.
Избирательная кампания 2020 года опять признается властями и оппонентами как очень напряженная. Нарастание протестных настроений связано с рядом непопулярных мер последних пяти лет: поднятие пенсионного возраста, закон о тунеядстве, затяжная стагнация в традиционных секторах экономики. «Черным лебедем» стал COVID-19: финансовые последствия от пандемии ощутили все сектора экономики, включая IT-компании, которые ранее считались наиболее устойчивыми к кризисам.
«IT-специалисты могут довольно быстро и безболезненно перенести бизнес в другие страны»
Официальный Минск традиционно решил действовать жестко, демонстрируя всем, кто по-настоящему является хозяином в стране. Речь идет о преследовании оппонентов вплоть до заключения под стражу, разгонах мирных протестов, недопуске в избирательные комиссии и нерегистрации неудобных кандидатов. Вместе с тем, отличительной чертой этой кампании стало массовое участие общества в гражданских инициативах, направленных на вскрытие нарушений в ходе выборов 9 августа. В частности, белорусское IT-сообщество недавно провело хакатон, на котором создало инструменты для альтернативного подсчета голосов.
Я не вижу кардинальных последствий для отрасли. Текущие условия для IT-бизнеса вполне устраивают и компании, и государство: Парк высоких технологий сейчас дает 7% ВВП Беларуси, а также стабильный поток выручки. Государство явно не заинтересовано в потере этого источника дохода. IT-специалисты мобильны по своей природе и для нивелирования рисков могут довольно быстро и безболезненно перенести свой бизнес в другие страны.
Российская льгота в 3% вряд ли сможет сманить белорусских айтишников в Сколково, по крайней мере, этот процесс не будет массовым. Скорее белорусы будут смотреть на юрисдикции западных стран, где работает большинство их клиентов и заказчиков.
Бунт в темноте: стихийные протесты в Белоруссии в фотографиях
Бунт в темноте: стихийные протесты в Белоруссии в фотографиях
Стихийные протесты прошли в Минске, Бресте, Гомеле, Гродно и Могилеве. В столице люди выходили не только в центре, но и в спальных районах. Протестующих сигналами поддержали автомобилисты, из-за чего милиция перекрыла некоторые улицы. Кроме того, были закрыты несколько станций метро, а на отдельных участках центрального проспекта Независимости отключили освещение.
В Белоруссии начались протесты после снятия с выборов оппонентов Лукашенко
В Минске почти сразу после начала акции начались задержания, в которых участвовали в том числе милиционеры в штатском. Белорусские СМИ опубликовали видео жестких задержаний и стычки протестующих с ОМОНом. Обошлось без задержаний лишь в Гродно и Могилеве. Официально МВД сообщило , что по всей Белоруссии задержаны более 250 человек. По данным правозащитников, задержанных больше 300.
Белорусский следственный комитет возбудил уголовное дело по статье «Организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок, или активное участие в них» (ст. 342 УК). Максимальное наказание по этой статье — три года лишения свободы.
Челлендж для Лукашенко: почему нынешние выборы могут стать самыми сложными для белорусского лидера
По этой же статье предъявлено обвинение популярному белорусскому блогеру Сергею Тихановскому, задержанному в конце мая. Тихановский собирался баллотироваться в президенты и вместе с экс-главой Белгазпромбанка Виктором Бабарико и руководителем IT-кластера «Парк высоких технологий» Валерием Цепкало образовывал так называемую большую оппозиционную тройку — они считались самими серьезными соперниками Александра Лукашенко, бессменно возглавляющего Белоруссию с 1994 года. В настоящее время на свободе из них остается только Цепкало, Бабарико задержали в июне по делу об уклонении от уплаты налогов, легализации преступных доходов и даче взятки.
ЦИК 14 июля снял Бабарико и Цепкало с выборов. Супругу Тихановского Светлану, которая начала кампанию после задержания мужа, к выборам допустили.
