Выживут только бюджетники: где искать работу, если вас уволили в разгар карантина
Forbes продолжает серию колонок Алены Владимирской — известного HR-специалиста, основательницы «Лаборатории карьеры Алены Владимирской», в которых она рассказывает о жизни «белого воротничка» по имени Леонид — 37-летнего менеджера высшего звена в крупной российской корпорации. В десятом эпизоде карьерного сериала Леонид советует оставшемуся без работы брату Володе не капризничать и поработать на государство.
«Давай, до свидания»
Незадолго до Нового года в региональной компании, где работал младший брат Леонида Володя, сменилось руководство, к власти пришли приверженцы саентологии . Из столичного офиса прислали учителя устанавливать связь с Космосом (именно так, с заглавной буквы), в офисе начали проводить обязательные к посещению тренинги, раздавать брошюры и регулярно намекать, что через некоторое время все ключевые сотрудники любо искренне проникнутся учением Рона Хаббарда, либо покинут компанию навсегда.
Первое время Володя не переживал, так как знал, насколько важен проект, за реализацию которого он отвечал. На тренингах он сидел со скучающим лицом и не разделял всеобщего воодушевления. Другими словами — не просто не поддерживал новую идеологию, но и не скрывал этого, тем самым сбивая с пути истинного сочувствующих и неопределившихся.
«После Нового года сдаешь отчетность, и с 1 февраля — давай, до свидания»
Тем временем в коллективе сформировался костяк людей, лояльных новому руководству. Один из самых умных разработчиков из Володиного отдела умело сделал вид, что полюбил саентологию, сблизился с нужными людьми и ждал, пока закончится Володин проект, чтобы занять его место. Долго ждать не пришлось — проект уже находился на операционной стадии, когда разработчик вполне способен взять на себя обязанности руководителя.
После очередного тренинга, где Володя скучал, зевал и отказывался коллективно ликовать, гендиректор вызвал его в кабинет:
— Большое спасибо за работу, но дальше нам не пути — мы не можем позволить себе работать с человеком, который не разделяет наших ценностей. После Нового года сдаешь отчетность, и с 1 февраля — давай, до свидания.
Пришлось отступить — тем более в качестве компенсации при увольнении Володя получил четыре оклада.
Проклятье самоизоляции: как избежать профессионального выгорания на карантине
Проклятье карантина
Володя не то чтобы расстроился — он давно подготовился к такому развитию событий. И решил воспользоваться моментом — на месяц съездить всей семьей на Бали. Тем более в феврале на Бали не сезон. Но даже в низкий сезон там есть куда потратить лишние деньги, и Володя, давно никуда не выезжавший и получивший четыре оклада, ни в чем не отказывал ни себе, ни жене с ребенком. Он вернулся в родной город-миллионник в начале марта (как раз успев до закрытия границ), загорелый и отдохнувший. И неторопливо и расслабленно приступил к поискам работы.
По совету брата Леонида решил искать и дома, и в Москве. Если найдется интересная вакансия в столице — значит, пора переезжать. Он разместил резюме на всех ресурсах, разослал письма знакомым хантерам и стал ждать. А через несколько дней понял, что что-то идет не так. Предложений не было. Его не рвали на части и не забрасывали предложениями, как всего несколько месяцев назад. Погрустневший, Володя позвонил знакомому эйчару и спросил, что происходит.
— Видишь ли, на рынке предчувствие кризиса, — ответил тот. — Мы сейчас, конечно, смотрим людей, но вяло, вполглаза. Но причин для паники нет — предложения бывают, просто нужно немного подождать.
Володя послушался и подождал. В ожидании его и настигли карантин с самоизоляцией. Резюме висело на сайтах уже две недели, за это время его всего один раз пригласили на должность менеджера по продажам IT-решений. Но где Вова, а где менеджер по продажам?! Трудно представить себе человека, более далекого от продаж, чем Володя — интроверт и лидер разработчиков в офлайн-компании.
Пару раз ему предложили место рядового программиста, и он бы, возможно, согласился, если бы вспомнил, что такое код и как его писать. Он трезво оценивал свои умения и понимал, что, скорее всего, не пройдет технический тест.
В состоянии, максимально приближенном к панике, Володя позвонил старшему брату.
— Все нормально, — спокойно ответил Леонид, — просто жди.
Четыре оклада, заметно похудевшие во время отпуска, должны были вот-вот закончиться. Впереди замаячили мрачные кредитные перспективы
Но долго ждать Володя не мог — паника нарастала. Четыре оклада, заметно похудевшие во время отпуска, должны были вот-вот закончиться, впереди замаячили мрачные кредитные перспективы. Он снова позвонил эйчару, спросил, как они в принципе видят дальнейшее развитие ситуации, и услышал в ответ:
— В общем, Вова, по всей стране заморозка. Если и ищут, то только разработчиков, на специалистов твоего уровня спрос нулевой.
— Почему так? — поникшим голосом спросил Володя.
— Никто не понимает, что будет после карантина, насколько серьезным окажется кризис.
— И что делать?
— Пиши бывшим клиентам, знакомым, друзьям и родственникам. Устраивайся через них. Это сейчас единственный способ.
Вирусная чистка: как понять, кого стоит уволить во время пандемии
Отшитый региональными мужиками
Володя приуныл. В очередной раз обновил почту. И обнаружил там письмо с предложением от офлайн-компании с большим IT-отделом. Вакансия была не то чтобы та самая (хотелось-то пойти на повышение), и деньги предлагались не то чтобы огромные. Но с учетом ситуации — вполне. А главное — руководят компанией не саентологи, а нормальные региональные мужики. Володя согласился и в среду получил по почте свежий оффер, на который тут же дал письменное согласие.
А в четверг в его городе объявили жесткий карантин — с самоизоляцией, работой на дому и походами в офис только для организаций непрерывного цикла. Володя поспешил связаться с HR-отделом нового работодателя: «Выходить ли в понедельник в офис или начинать работать удаленно?» В ответ — подозрительная тишина.
Во второй половине четверга Володя не выдержал и начал звонить по телефону. Ему сказали, что пока неизвестно, как именно будет организована работа, и как только появится свежая информация, ему сразу же сообщат. В пятницу утром снова тишина — не перезванивают. Ребенок не ходит в детский сад, Володю все раздражает.
Наконец, около полудня он получает письмо: «Уважаемый Владимир! В связи с обстоятельствами непреодолимой силы мы вынуждены отозвать оффер до окончания режима самоизоляции. Но и после его окончания мы, к сожалению, не можем обещать, что он останется в силе. Нашей компании предстоят большие экономические изменения, и вероятнее всего те проекты, на которые мы вас звали, придется отложить на неопределенное время».
Офис во время чумы: как организовать работу отдела на удаленке и не разорить компанию
Курьером или бюджетником?
— Алло, Леня! — спустя пять минут кричал в трубку Володя. — Они отозвали оффер, ты представляешь?! Это вообще законно? Что делать-то теперь?
— Не знаю, брат, — ответил Леонид, — я, честно говоря, никогда с таким не сталкивался. Если хочешь, могу связать тебя с хорошим юристом, он объяснит.
Юрист не утешил Володю. Дело в том, что оффер — это просто письмо о намерениях, которое в России никакой юридической силы не имеет. Пока сотрудник не вышел на работу, не написал заявления, а руководство не выпустило приказ о зачислении, он не считается принятым на работу. Так что отозвать оффер компания может в любой момент. Володе еще повезло — ему обосновали отзыв.
Владимир не знал, что и думать. Он был разозлен и испуган. Для него, человека, который привык, что все вокруг разложено по полочкам, неопределенность была самым страшным кошмаром. Перешагнув через собственные амбиции, он согласился на обычную зарплату ради стабильности — и тут такие новости. Больше никто не звонил и не писал. Дошло до того, что его стали звать на работу курьером, потому что он молод и здоров.
«Сокращают не только ненужных, но и тех, кто последним пришел — никаких дополнительных выплат и эмоциональной привязки еще нет»
Володя обзвонил всех своих знакомых с единственным вопросом: «Есть работа?» И везде ему отвечали: «Слушай, мы и сами не знаем, есть у нас еще работа или уже нет. Пока сидим на карантине и не понимаем, как именно изменится мир, когда мы из него выйдем».
Он снова набрал брата и попросил что-нибудь придумать. Потому что Леонид всегда что-нибудь придумывает. И Леонид придумал.
— Слушай-ка, — сказал он, перезвонив на следующий день, — а как там у вас с муниципальными компаниями? Парковки, штрафы, регистрации? Ты к ним не пробовал сунуться?
— Ну, не знаю, — ответил Володя, — они меня давно зовут, но к ним что-то совсем не хочется. Зарплаты маленькие, на работу к девяти, совещания в костюмах.
— Послушай, брат, — сдерживая раздражение, сказал Леонид, — ты должен понять, что ситуация на рынке сейчас уже не предкризисная — она кризисная. Давай здраво смотреть на вещи: в классическую интернет-компанию тебя не возьмут, по скиллам не вытянешь; в ретейл может и можно, но очень высок риск, что тебя уберут с первой же волной сокращений, которая начнется если не на этой неделе, то на следующей. Сокращают же не только ненужных, но и тех, кто последним пришел — тут и испытательный срок, никаких дополнительных выплат, и эмоциональной привязки еще нет. Так вот во всем этом бардаке есть только один сегмент, который независимо от состояния экономики будет жить если не хорошо, то хотя бы нормально. Это государственный IT.
Так что давай, прямо сейчас садись и пиши этому своему муниципальному знакомому. Сам не напишешь — я за тебя напишу, — с позиции старшего брата закончил разговор Леонид.
Курьер-бизнесмен: зачем предприниматель с оборотом в $2 млн развозит еду по московским квартирам
У государства за пазухой
Володя не ожидал, что все произойдет так быстро. Он позвонил, просто спросил «как дела» и услышал в ответ:
— Привет! Выходи к нам! Чем быстрее, тем лучше!
— А как же карантин? — Володя из последних сил пытался оттянуть момент, когда придется сдаваться государству.
— У нас же компания непрерывного цикла, — ответили ему, — нам надо мониторинг вируса проводить, вот прямо сейчас настраиваем рассылку SMS населению. У нас людей нет, мы в аду. Приходи!
Володя оторопел, посмотрел на часы. 16:10.
— Ладно, — сказал он, — завтра тогда приду.
— Да прямо сейчас приходи! И документы для оформления не забудь.
«У нас людей нет, мы в аду. Приходи!»
— А собеседование?
— Я тебя полчаса пособеседую, и ты сразу же начнешь.
На следующее утро, ровно в 8:30 обалдевший Володя оформлял пропуск на проходной. Все сотрудники уже были на местах, кто-то бегал по кабинетам, кто-то решал вопросы по телефону. Не успел он отойти от будки охранника, как к нему подбежала женщина:
— Вы Владимир? Сергей Петрович вас принять не сможет, он на совещании у губернатора, пойдемте сразу оформляться.
Через полчаса Володя осознал, что все не так плохо. А вернее — очень даже хорошо. Несмотря на то, что зарплата у него будет меньше, но зато льгот станет больше. Это и хороший бесплатный детский сад, и медстраховка, и ежегодный отдых в санатории. К середине рабочего дня Володя обнаружил себя в новом кабинете, с двумя десятками подчиненных и целым списком срочных рабочих задач. Володя достал телефон и быстро написал Леониду SMS: «Леня, ты не поверишь, но я уже работаю. На телефонный разговор времени сейчас нет, наберу вечером. По ощущениям, освобожусь не раньше одиннадцати».
Переобуться в воздухе: как бренд нанокосметики заработал 55 млн рублей за месяц на тканевых масках
Как найти работу во время карантина?
Советы Алены Владимирской:
- если вы понимаете, что скоро потеряете работу, берите первое же соответствующее вашим навыкам предложение. Потому что впереди волна безработицы — успейте выйти на новое место до этой волны;
- обращайте внимание на государственные и окологосударственные компании. Там много работы и, как ни странно, много интересных проектов. Миф о том, что работать в госструктуре плохо, скучно и стыдно, давно развеян;
- не ориентируйтесь только на оклад. Помните, что помимо оклада госкомпании предлагают хорошие соцпакеты, которые могут компенсировать приличную часть ваших расходов. Сейчас государство — один из самых интересных работодателей.
Потрепанные состояния: как обеднели российские миллиардеры за время пандемии
Потрепанные состояния: как обеднели российские миллиардеры за время пандемии и из-за разрыва сделки ОПЕК+
Падение на глобальных площадках из-за коронавируса началось за несколько недель до объявления пандемии — в середине февраля. С 19 февраля, когда началось снижение, и по 20 марта, когда наступил разворот, индекс широкого рынка акций США упал на 33,10%. Аналогичный индекс Европы — на 39,95%.
На российском фондовом рынке падение ускорилось после 6 марта. Вечером этого дня стало известно о развале сделки между ОПЕК и Россией, и нефть ушла в крутое пике. Если на закрытии 6 марта за баррель марки Brent давали более $45, то 30 марта нефть опускалась ниже $22. Все это негативно сказалось на котировках нефтегазовых компаний и российских компаний в целом.
К началу марта последствия коронавируса начал ощущать не только российский бизнес, ориентированный на экспорт. С 10 марта в Москве начался переход на мягкий вариант карантина. Сначала свернули все массовые мероприятия, потом ввели самоизоляцию для пенсионеров, закрыли фитнес-центры, все магазины, кроме продуктовых. С 30 марта режим самоизоляции стал обязательным для всех москвичей. Такой же режим был введен во многих других регионах, а в России объявлен нерабочий месяц.
Чтобы оценить последствия от пандемии, прихода коронавируса в Россию и развала сделки ОПЕК+ для российских миллиардеров, мы изучили, насколько изменилось состояние российских участников рейтинга Forbes Real-Time с 9 марта до 7 апреля 2020.
За изучаемый месяц российских миллиардеров в списке стало на пять меньше. Рейтинг покинули: совладелец и глава группы «Содружество» Александр Луценко, председатель совета директоров концерна «Россиум» Роман Авдеев, член совета директоров группы «Сафмар» Саид Гуцериев, совладелец и глава группы ЛСР Андрей Молчанов и председатель совета директоров банка «Национальный стандарт» Лев Кветной.
У 68 миллиардеров состояние сократилось, причем у 15 — на миллиард долларов и более, и лишь у троих — увеличилось. Но масштабы этого увеличения — несколько сотен миллионов долларов. Они несопоставимы с тем, насколько упали в цене активы некоторых бизнесменов и владельцев бизнеса.
Совокупное состояние всех российских миллиардеров в рейтинге Forbes Real-Time на 6 марта — $457 млрд. Спустя месяц совокупное состояние всех российских участников списка было уже $412 млрд.
Подробнее о тех, кто понес самые чувствительные потери, а кто выиграл, читайте в нашей галерее.
Самые большие потери за месяц понес Владимир Потанин, в этом году возгавивший российскую часть рейтинга миллиардеров Forbes: с 9 марта 2020 года его состояние сократилось на $3,8 млрд, то есть на 14%. Это, однако, не помешало совладельцу «Норникеля» остаться самым богатым человеком в России, с состоянием в $22,7 млрд (на 7 апреля).
В начале апреля в интервью «Комсомольской правде» Потанин заявлял, что предложил перенести выплату дивидендов акционерам «Норникеля» на более поздний срок, чтобы «не раздражать людей высокими дивидендами» во время кризиса, но не нашел поддержки у другого совладельца — «Русала» (как стало известно во вторник, за 2019 год «Норникель» может выплатить акционерам в общей сложности $4,8 млрд). За месяц котировки компании просели на 9,1%.
Почти $2,9 млрд, или 13% своего состояния, потерял за прошедший месяц президент и совладелец «Лукойла» Вагит Алекперов. С активами на $19,2 млрд Алекперов покинул тройку богатейших людей России в рейтинге Forbes Real-Time, уступив Леониду Михельсону ($20,2 млрд) и Владимиру Лисину ($19,9 млрд), чьи состояния сократились не настолько сильно. Акции «Лукойла» на Московской бирже за месяц подешевели на 8,5%.
Президент Уральской горно-металлургической компании Искандер Махмудов — третий по сумме потерь. Его состояние сократилось примерно на 20%, до $8,6 млрд.
Предправления «Новатэка» Леонид Михельсон за месяц потерял $1,8 млрд, или 8% своего состояния.
Замыкает топ-5 миллиардеров по потерям гендиректор Уральской горно-металлургической компании Андрей Козицын, чье состояние сократилось на $1,7 млрд, или на 22% — до $6 млрд.
По $1,5 млрд делят между собой владелец Volga Group Геннадий Тимченко и президент группы компаний «Ташир» Самвел Карапетян. Оба потеряли по $1,5 млрд, правда, последствия для них несопоставимы. Тимченко лишился около 8% состояния на начало марта и при этом остался шестым в списке миллиардеров Forbes. Во вторник его представитель заявил, что Тимченко направил более 1,3 млрд рублей на помощь в борьбе с пандемией коронавируса, а именно — на закупку медицинского оборудования, в том числе аппаратов ИВЛ и компьютерных томографов, а также масок, перчаток и антисептиков для медицинских работников.
А вот состояние Карапетяна сократилось более чем на 40% (сейчас его активы оцениваются в $2,2 млрд). Президент «Ташира» — абсолютный лидер по потерям за месяц, если оценивать в доле утраченного состояния. Структуры «Ташира», среди прочего, сдают в аренду площади в собственных торговых центрах «Рио», управляют сетью кинотеатров и ресторанов, занимаются строительством и оптовой торговлей, то есть многие объекты в их управлении должны были пострадать от пандемии и карантина.
По $1,3 млрд потеряли управляющие коммерческой недвижимостью — совладельцы девелоперской компании «Киевская площадь» Зарах Илиев и Год Нисанов. Оба за месяц лишились трети своего состояния, сейчас оно состоавляет по $2,4 млрд. «Киевская площадь» владеет 13 млн кв. м торговых площадей, 348 000 кв. м складов и гостиницей «Украина» на 1500 номеров. Ей принадлежат крупнейшие в Москве вещевые рынки «Садовод», «Москва», «Южные ворота», ТЦ «Европейский», а также крупнейший в Европе комплекс торговли продовольствием — «Фуд Сити».
Трети своего состояния за прошедший месяц лишился также Олег Дерипаска, потерявший $1,25 млрд. Сейчас активы совладельца En+ оцениваются в $2,5 млрд. В середине марта бизнесмен предлагал на два месяца полностью закрыть границы России для иностранцев и заявлял, что последствия эпидемии для власти могут быть серьезнее, «чем развал страны в 1991 году». Позже Дерипаска профинансировал строительство в Иркутской области трех специализированных больниц для борьбы с коронавирусом.
Вице-президент «Лукойла» Леонид Федун потерял $1,2 млрд, или 13% своего состояния, которое теперь оценивается в $8,1 млрд.
Совладелец LetterOne Holdings и «Альфа-Групп» Михаил Фридман лишился $1,14 млрд, или около 8% своего состояния. Среди российских миллиардеров он остается восьмым по размеру состояния. В конце марта Фридман с другими акционерами консорциума «Альфа-групп» (Германом Ханом и Алексеем Кузьмичевым) решили передать годовую прибыль инвестиционной компании А1 — 1 млрд рублей — оперативному штабу по борьбе с коронавирусом.
Сулейман Керимов, чья семья владеет более 82% акций золотодобывающей компании «Полюс» и Международным аэропортом Махачкала, стал одним из трех российских миллиардеров, чье состояние за месяц увеличилось — приблизительно на $500 млн (4%), до $13,2 млрд.
Второй после Керимова по приросту активов — основной владелец производителя минеральных удобрений «Акрон» Вячеслав Кантор, чье состояние выросло на $100 млн (2%) — до $4,2 млрд.
Третий «счастливчик» — президент группы ИСТ Александр Несис, чьи активы подорожали на $66 млн (3%) — до $2,5 млрд.
