«Будет только хуже»: миллиардер-айтишник предупредил, что хакеры могут взломать все — даже лампочки
«Это как в том анекдоте, — говорит Гиль Швед. — Тебе не нужно бежать быстрее льва — нужно просто бежать быстрее, чем твой друг». Он говорит о киберугрозах, с которыми сталкиваются правительства и частные организации. Его логика простая: если вас легко атаковать, то вас будут атаковать. «Так что вам надо просто сделать вашу сеть и системы более защищенными от проникновения, чем у других», — объясняет он.
Швед знает, о чем говорит. Он — генеральный директор израильской компании Check Point, одной из крупнейших и самых влиятельных структур в области кибербезопасности в мире. Свое состояние он заработал на создании информационной системы для обеспечения безопасности бизнеса. С недавних пор деньги ему также приносят расследования в отношении хакеров, выявление их методов и определение уязвимых элементов программного обеспечения, которое используем мы все.
Forbes оценивает состояние 52-летнего предпринимателя в $3 млрд — ему все еще принадлежит 19% компании, которую он основал 27 лет назад. «Я размышлял над идеей сетевой безопасности еще в конце 1980-х, но тогда для нее не было рынка, — объясняет Швед. — Затем, в 1993-м, стал доступным интернет, появилась сеть. Это создало огромные возможности для перемен в мире. Сейчас уже трудно представить мир без сети. Но в те времена он был именно таким».
Я говорил со Шведом на конференции CPX 360, которую его фирма проводит в Новом Орлеане. Несколько тысяч человек зарегистрировались на мероприятие, чтобы обсудить главные новости и новые достижения в кибербезопасности. «Интернет вырос в тысячу раз больше, чем мы могли себе представить, — говорит Швед, — так же, как и Check Point».
Я спрашиваю его о конференции — это интересное событие практически для всех игроков отрасли. «Больше шума и хаоса, чем когда-либо, — говорит он, — но это и неудивительно: здесь собралась вся кибераудитория». Фоном почти непрерывно звучат сообщения о том, как Россия и Китай продолжают проводить гибридные кампании против США и их союзников. Прошло всего несколько недель после убийства иранского генерала Касема Сулеймани , и угроза со стороны Ирана ощущается. А китайскую Huawei недавно допустили к созданию инфраструктуры для 5G-сетей в Великобритании, что вызвало ярость США.
Когда Швед говорит о безопасности сетей, его стоит послушать. В конце концов, это человек, которому приписывают изобретение брандмауэра. «Я жил в маленькой стране, в Израиле, — говорит он. — Мы чувствовали себя изолированными от остального мира. Интернет казался революционным решением. Но оставался вопрос безопасности: как нам не впустить кого-то чужого в нашу сеть? Поэтому мы объединили хорошую IT-идею со спросом на самом революционном рынке. Мы создали Check Point».
В последние недели Check Point неоднократно оказывался в центре внимания, указывая на критические уязвимости в облачном сервисе Microsoft Azure , мессенджере WhatsApp , видеоплатформе Zoom и даже в умных лампочках Philips . Команда исследователей поставила себе цель доказать, что взломать можно абсолютно все. Девиз Check Point: «профилактика лучше защиты». При этом компания указывает на выявленные проблемы компаниям и ждет, когда их исправят, после чего публикует свое исследование.
Самые интересные направления исследований компании посвящены темному миру правительственных угроз и преступных сетей. Во время нашей встречи Швед говорит о размытых границах между правительственными хакерами и организованной преступностью. Инструменты и методы одни и те же, меняются только цели — хотя некоторые группы одновременно работают на обе стороны.
«Мы стараемся защищать сразу от всего, — говорит он мне. — Если анализировать самые продвинутые вредоносные программы, станет понятно, что они очень хороши. Но если вы защищаетесь на нужном уровне, провести атаку все равно будет нелегко. Если же в вашу сеть легко попасть, то ждите, что этим кто-то воспользуется».
Но Швед подчеркивает, что мир нельзя просто поделить на добро и зло. Запад сталкивается с угрозами со стороны хакеров из Китая и России, Ирана и Северной Кореи, а его компания работает и на этих рынках. «Но не в Иране, конечно», — уточняет он.
Объявление кибервойны: противостояние держав приняло опасный оборот
После убийства Сулеймани СМИ предупреждали о потенциальных мощных кибератаках со стороны Тегерана и подконтрольных ему сил. Check Point же настаивал , что такая реакция маловероятна. Компания объяснила, что, по ее мнению, Иран не станет демонстрировать свое самое мощное кибероружие, поскольку считает время неподходящим, а риски от его раскрытия — слишком высоки. Пока что происходящее подтверждает точку зрения Check Point.
Характерная черта киберпротивостояния между США и Ираном — это разница в арсенале, который находится в их распоряжении. Кибератаки Ирана на США я бы сравнил с попытками забросать танк камнями. Именно это, по-моему, и вынуждает Тегеран перейти к более легким мишеням — коммерческому сектору, вредоносным программам для массового рынка — и держаться подальше от более закаленных оборонного и государственного секторов.
Но Швед считает иначе. «Самое страшное, — говорит он, — это то, что в вопросах традиционной обороны мы привыкли считать, что, если у сверхдержавы есть оружие, то нам не надо бояться, не надо беспокоиться, что его используют против нас. Но в кибербезопасности все устроено иначе. Если у США или любого другого государства есть оружие, рано или поздно о нем станет известно и рано или поздно оно окажется в руках у любого подростка, любого правительства и криминальной организации. Поэтому нам нужно работать одновременно со всеми угрозами».
Мир на пороге мировой кибервойны: как США и Россия обменялись киберударами
В сентябре прошлого года Check Point сообщил , что китайские хакеры расставляют «капканы» и устанавливают в своих сетях компьютеры для перехвата эксплойтов Агентства национальной безопасности, продвинутого кибероружия США. «Китайцы хотят иметь те же возможности, что и США, — рассказал мне тогда один из исследователей фирмы. — Но они хотят добиться равенства не с помощью инвестиций, а с помощью мошенничества».
Швед не собирался заниматься исследованиями, он в первую очередь разработчик. «Поначалу, когда мы говорили, что создаем этот брандмауэр, нам не нужно было знать, кто за ним находится. Нам достаточно было знать, что защита достаточно надежна и никто не сможет ее обойти», — говорит он.
Так, семь лет тому назад, зародилось исследовательское подразделение бизнеса. «За последние десять лет многое изменилось, мир стал намного, намного сложнее, все теперь открыто. Мы построили крепкую стену, но осталось много окон и дверей. Надо обращать внимание не только на сеть, но и на многое другое. Это касается и мобильного телефона, и облачных сервисов, и интернета вещей. Мы все за пределами периметра. Потребность в более качественной защите растет, как и потребность понимать уязвимости».
Сейчас киберинструменты связаны с традиционными методами ведения войны теснее, чем когда-либо: мы уже наблюдали атаки в одной сфере и ответные действия в другой. Помимо кибератак, происходят гибридные военные кампании: манипуляции социальными сетями и традиционными СМИ. По мнению Шведа, условия игры сейчас стали намного справедливее, чем раньше.
Бомба Обамы: экс-президент США приказал внедрить кибероружие в инфраструктуру России
«Риск в том, что эти инструменты попадут к злоумышленникам и будут использованы против нас. Мало кто может позволить себе содержать истребитель, — говорит он, — но поддержание программы или атака на систему не требуют таких ресурсов. И в ближайшие пять лет лучше не будет: к сожалению, будет только хуже».
Швед напоминает о недавних кибератаках в Балтиморе и Новом Орлеане. «Некоторые из этих программ-вымогателей основаны на эксплойтах и уязвимостях, разработанных АНБ. Злоумышленники получили доступ к их методам и теперь применяют их против нас».
Сложно говорить о гибридных войнах, не упоминая Россию, особенно когда все внимание обращено на выборы в США и роли, которую Россия, возможно, в них сыграет. В сентябре прошлого года, через несколько недель после заявлений о китайских «капканах», Check Point заявила о существовании так называемой российской сети киберугроз . Широчайший арсенал, предназначенный для нападений со всех сторон при минимальном риске обнаружения.
«Мой взгляд на мир прост, — говорит Швед. – Наша задача — предотвращать кибератаки. Если мы обнаружим их после того, как они произошли, будет слишком поздно. Если взглянуть на отрасль, станет понятно, что 80% инноваций касаются обнаружения, а не профилактики. В условиях традиционной войны, если вы что-то находите, у вас есть время отреагировать и минимизировать ущерб. В кибермире все наоборот. Когда кибератака происходит, ущерб уже причинен. Вирусы намного быстрее вас».
Разведка США поддержала стартап, который предсказывает кибератаки
Швед считает, что исследования – это часть естественного развития киберзащиты. По его словам, пока мир зациклен на обнаружении и перехвате, ответ лежит в области поведенческого анализа, многовекторной защиты, понимания, что угроза скорее всего поступит со стороны наивного пользователя и сообщения на мобильный телефон, написанного с учетом принципов социальной инженерии, а не со стороны подбора пароля к корпоративным системам. «Если спросить людей, они скажут, что не сталкивались с атаками на телефоны. Причина в том, что большинство атак на телефоны нужны, чтобы украсть персональные данные и использовать их где-то еще — например, в вашем банковском счете или облачном сервисе».
В конце беседы Швед возвращается к главной теме. «Проблема не в том, что страна X нападет на страну Y. Не в том, что мы нападем на Китай или Китай – на нас. Новый крупный риск заключается в том, что кто-то получит инструменты, разработанные кем-то еще, и применит их против нас. Вот реальный риск, против которого нам следует защищаться».
Его совет прост и предсказуем. Устанавливайте патчи, обновляйте системы, используйте доступные инструменты для защиты ваших сетей и устройств. «Это как в медицине — вам не нужен диплом врача, чтобы соблюдать профилактику и, например, делать прививки», — убеждает он.
Слова Шведа значат, что вредоносные программы, разработанные на Западе, должны волновать нас ничуть не меньше, чем программы, разработанные где-либо еще. «Любые вирусы мира могут атаковать кого угодно, как обычно и бывает. Это сложность, которая характерна только нашей сфере».
5 главных технологий десятилетия: выбор венчурных инвесторов
DEFAULT NODE
5 главных технологий десятилетия: выбор венчурных инвесторов
Чтобы назвать главные технологии, определившие основные направления прогресса в 2010-х, редакция Forbes обратилась к российским специалистам в области венчурных инвестиций и предпринимателям в области высоких технологий.
В опросе приняли участие
Алексей Басов,
инвестиционный директор РВК,
Александр Белов,
директор бизнес-инкубатора МФТИ «Физтех.Старт»,
Тимур Бергалиев,
заведующий лабораторией прикладных кибернетических систем МФТИ,
Игорь Васильев,
старший аналитик «Сбербанка»,
Антон Гопка,
основатель фонда ATEM Capital,
Денис Ефремов,
инвестиционный директор Da Vinci Capital,
Александр Иванов,
основатель Waves,
Артур Исаев,
основатель и председатель совета директоров компании «Институт стволовых клеток человека»,
Евгений Кузнецов,
амбассадор SingularityU Moscow, генеральный директор «Орбита Капитал Партнерз»,
Дмитрий Пимкин,
заместитель председателя правления, руководитель инвестиционного дивизиона «К» УК «РОСНАНО»,
Андрей Прохорович,
генеральный директор Eurasia Developmen,
Тимур Тавберидзе,
генеральный директор Инжинирингового центра МФТИ,
Алексей Федоров,
руководитель группы квантовых информационных технологий Российского Квантового Центра.
В лонг-лист технологий, составленный экспертами при участии редакции, вошли:
-
3D-биопринтинг, печать органов
-
5G –сети
-
Big Data
-
Автономное вождение, беспилотники
-
Альтернативная энергетика
-
Блокчейн
-
Виртуальная и дополненная реальность
-
Добыча сланцевой нефти
-
Иммунотерапиия, в т. ч. «чекпойнт-терапия» рака
-
Искусственный интеллект (машинное обучение, распознавание речи и образов)
-
Квантовая связь
-
Квантовые вычисления
-
Киберфизические системы («роботы строят роботов»)
-
Нейробиология, оптогенетика
-
Облачные технологии
-
Регенеративная медицина
-
Редактирование генов и генная терапия
-
Робототехника
-
Синтетическая биология
-
Синтетические продукты питания
-
Технологии аккумуляции электроэнергии
-
Фотоника
-
Цифровая медицина
-
Электроцевтика
По итогам голосования выбраны пять технологий, заслуживающих называться «технологиями десятилетия» согласно мнению наибольшего числа экспертов. Представляем их в порядке возрастания числа поданных голосов.
Читайте также
Главная фотография:
http://www.forbes.ru/sites/default/files/gallery_images/z-gettyimages-1134447693.jpg__1577105907__70997.jpg
Фото в галерею:
Заголовок:
5. Редактирование генов и генная терапия
Текст под фото:
Объясняет Константин Северинов, профессор Сколковского института науки и технологий и Ратгерского университета (Нью-Джерси, США):
Идея терапии путем геномного редактирования состоит в следующем: если вы можете в точно указанном месте разрезать молекулу ДНК в хромосоме, например, клетки человека, то клетка сама зашьет внесенный разрыв необходимым вам образом — это позволит, например, исправить какую-либо мутацию или создать изменение в генетическом материале, ведущее к возникновению нужного вам признака. Клинические применения — например, для борьбы с раком или мышечной дистрофией — могут быть основаны на разных технологиях редактирования. В 2010 году технологии CRISPR не существовало: хотя само явление было уже известно, но никакого отношения к практике оно не имело. Тогда существовало два подхода, с помощью которых ученые пытались решать задачи геномного редактирования — «молекулярные ножницы» на основе «цинковых пальцев» и талены. Эти технологии неплохо работают, но они сложны: для того чтобы отредактировать какое-то определенное место в геноме, требовались буквально годы работы высококвалифицированных специалистов.
В 2012 были опубликованы первые статьи, показывающие, что CRISPR-нуклеазы также могут быть использованы для редактирования. Редактирование с помощью CRISPR-нуклеаз на порядок проще, чем с прежними редакторами. Это привело к революции: люди стали говорить, что теперь генным редактированием можно заниматься в гараже (хотя это и преувеличение). Скорость и простота — то, что отличает CRISPR технологию 2010-х годов от технологий нулевых.
Однако «просто» — не обязательно хорошо: «цинковые пальцы» часто оказываются более точными редакторами, чем CRISPR. Kлиническиx исследований с использованием геномного редактирования для лечения болезней человека очень мало, и многие из них основаны именно на «цинковых пальцах». При этом надо понимать: все эти технологии настолько новые, что никаких реальных больных с их помощью пока никто не лечит, если не считать скандальных опытов Хэ Цзянькуя, который тоже никого не лечил, а просто создал девочек с направленными мутациями, вызванными действием CRISPR-нуклеаз. Публикации в прессе иногда оставляют ощущение, что буквально завтра мы всех вылечим, однако это будет никак не завтра, а в лучшем случае через пять-десять лет, и лишь для ограниченного круга редких болезней. Клинические исследования находятся на ранних стадиях. С другой стороны, эти методы уже сейчас широко используются для получения «отредактированных» сельскохозяйственных животных и растений, продукты из которых уже есть в продаже в ряде стран. Надо только понимать, что такие животные и растения — ГМО.
Фотография:
Скрыть слайд:
Заголовок:
4. «Большие данные»
Текст под фото:
Слово Давиду Рафаловскому, исполнительному вице-президенту Сбербанка, руководителю блока технологий:
Мы стоим на пороге изменений, которые могут сравниться с зарождением жизни на Земле. В 2010-х годах мы перешли из информационной эпохи в цифровую. Сегодняшний день — это экономика данных.
Главное отличие цифровой эпохи от информационной заключается в том, что люди научились работать с «сырыми», неструктурированными данными. За последние 15 лет экспоненциально выросли количество машин, включенных в сеть, число людей, пользующихся интернетом, и производительность компьютеров. На рубеже 2010-х годов технологии Big Data стали доступны широкому бизнесу. При этом в экспоненциально развивающийся мир мы вступаем с линейным мышлением и линейным представлением о будущем — в этом и заключается ключевое противоречие новой эпохи. Мы назвали этот новый мир транзитным и турбулентным.
Он характеризуется гигантским увеличением потока данных. Каждые два дня мы теперь генерируем столько же информации, сколько ее появилось с момента сотворения мира до 2003 года. По прогнозам в 2025 году мы будем генерировать в сто с лишним раз больше: 62 Гб данных.
Технологии анализа больших данных, компьютерного зрения, речевой аналитики, распознавания речи и голоса дают бизнесу и государству возможность «переизобрести» себя. Производители товаров и услуг понимают, что и в их жизнь приходит «цифра». И если они не займутся цифровизацией, то ею займутся конкуренты, которые в итоге вытеснят их с рынка, потому что цифровизация радикально меняет бизнес-модель, удовлетворенность потребителей, стоимость и качество любых товаров и услуг. Big data имеет радикальное влияние на общество. Чтобы быть на волне прогресса, необходимы решения на уровне каждого отдельного человека, бизнеса. Нужно обеспечивать возможности для переподготовки кадров, внедрять новые бизнес-модели и реформировать систему управления и предоставления услуг.
Фотография:
Скрыть слайд:
Заголовок:
3. Облачные технологии
Текст под фото:
Комментарий Михаила Лобоцкого, управляющего директора компании SberCloud:
Во второй декаде XXI века облачные технологии стали многомиллиардным бизнесом, который продолжит расти и в следующем десятилетии. Согласно прогнозу аналитиков, IDC-рынок облаков будет расти на 22,3% в год и к 2023 году достигнет $500 млрд. Облачные подразделения таких гигантов, как Amazon и Microsoft, стали ключевыми подразделениями этих компаний. Причина такого впечатляющего триумфа облаков — их высокая востребованность в бизнесе и универсальность. Получить свои конкурентные преимущества от использования облачной инфраструктуры и сервисов может получить любая компания, независимо от размеров и направления ее деятельности. Эти преимущества можно охарактеризовать двумя словами: скорость и эффективность.
Миграция в облако позволяет бизнесу очень быстро масштабировать свои вычислительные мощности и оперативно запускать на них новые продукты и решения. Получить у облачного провайдера дополнительные сервера или системы хранения данных можно за минуты. Если же делать это на собственной ИТ-инфраструктуре, то процесс закупки и наладки оборудования, найма ИТ-специалистов может занять месяцы. Точно так же быстро в облаке можно сократить потребление вычислительных мощностей и, соответственно, сэкономить средства.
Отдельно хотелось бы отметить, что облака стали комплементарной технологией для того, что сейчас называют «искусственными интеллектом». Этот факт дополнительно способствует росту популярности облачных решений. Теперь для обучения нейросетвых моделей не нужно покупать много дорогого «железа». Даже небольшая компания или независимый разработчик может использовать облачные мощности для обучения своих программных моделей.
Фотография:
Скрыть слайд:
Заголовок:
2. Альтернативная энергетика
Текст под фото:
О том, какой путь прошли за десять лет технологии альтернативных источников энергии (АИН), рассказывает Евгений Теруков, доктор технических наук, профессор ФТИ им. А. Ф. Иоффе в Санкт-Петербурге:
Под альтернативными источниками энергии (АИН) обычно понимают солнечную энергетику, ветровую, приливную и биоэнергетику. По темпам развития на первом месте сегодня стоит ветер, однако существуют оговорки относительно экологических последствий ветровой генерации. Что касается солнечной энергетики, то в течение этого века ее суммарная мощность выросла от примерно 1 ГВт в 2001 году до 500 ГВт сейчас.
Сама технология за это время принципиально не изменилась: физическое явление, на котором основана солнечная генерация, было открыто в начале прошлого века, а в 1950-х гг были разработаны первые солнечные батареи на кремнии для космических программ. Только потом технологии, разработанные для космоса, были перекинуты на наземную энергетику.
Проблема была только в том, что солнечные элементы, которые производились для космоса, были дорогими. Поэтому широкомасштабное внедрение солнечной энергетики затянулось. Наземная энергетика приобрела мировые масштабы только в XXI веке. Началось активное наращивание объемов солнечных станций. До 2011 года было построено 40 ГВт мощностей, а потом каждый год прибавлялось по 30, 40, 60 ГВт — каждый год шел рост ввода новых солнечных станций. Похожая динамика и по ветряным электростанциям.
Конечно, на этот рост оказали влияние и те проблемы, с которыми столкнулась атомная энергетика (безопасность), и проблема выбросов СО
2
, связанная с использование традиционных источников сырья в энергетике ( уголь, газ, нефть и т. д). Однако надо понимать, что капитальные затраты по введению мощностей АИН и традиционной генерации несоизмеримы: солнечная станция мощностью 5 МВт строится за 2-3 месяца, а масштабный объект традиционной энергетики — атомной, тепловой или гидро- — возводится годами.
Что касается рентабельности, ее сложно сравнивать, поскольку невозможно подсчитать, к примеру, долгосрочный урон от утилизации конструкционных материалов отработавшего ядерного реактора. Однако уже сейчас в США и Германии стоимость солнечной электроэнергии сравнилась, а для ряда регионов этих стран стала ниже энергии, получаемой от традиционных источников. Наиболее активно солнечную энергетику сегодня развивают Китай, США, Япония, Германия и Индия.
Согласно прогнозам экспертов, к концу столетия 80-90% энергии будет производится по технологиям возобновляемой энергетики.
Фотография:
Скрыть слайд:
Заголовок:
1. Искусственный интеллект
Текст под фото:
Рассказывает Игорь Пивоваров, главный аналитик Центра компетенций НТИ на базе МФТИ по направлению «Искусственный интеллект»:
Разработки в области искусственного интеллекта идут уже давно: начало принято отсчитывать от знаменитой конференции в Дартмусе, США в 1956 году. С тех пор было несколько разных поколений технологий ИИ — вопросо-ответные системы, экспертные системы, много других подходов и, наконец, технологии машинного обучения, в первую очередь, глубокие нейронные сети, которые сегодня в первую очередь ассоциируются с понятием «искусственный интеллект». По сути нейронная сеть — это простая математическая модель коры головного мозга человека, способная обучаться решать определенную задачу на большом количестве данных. В такой сети может быть несколько миллионов нейронов, соединенных миллиардами связей (к слову, в мозгу человека ~86 млрд нейронов и триллионы связей).
Революция в этой области произошла примерно в 2010-х годах и связана была с тремя факторами:
-
Появились дешевые вычислительные мощности, которые позволили обучать большие сети
-
Появились огромные объемы размеченных данных — например, фотографии в Инстаграмме, которые сами же пользователи подписывают хэштегами
-
Появился Open-source — открытый программный код, которые компании выкладывают в сеть, и им могут пользоваться все программисты.
Все эти факторы сильно ускорили разработку новых моделей ИИ и их обучение, и сегодня мы имеем обученные сети, способные переводить с языка на язык не хуже, чем человек, или распознавать объекты на картинке даже лучше человека. Однако до настоящего интеллекта пока еще далеко. Все эти технологии относятся к «слабому ИИ», то есть способному выполнять одну узкую задачу. А любой человек способен выполнять множество разных задач, легко переключаясь между ними. Этого машины пока не умеют, так же как и не умеют самостоятельно ставить цели и планировать их выполнение. Эти разработки еще только ведутся, так что впереди нас ждет много интересных открытий!
Фотография:
Скрыть слайд:
Отображать в тексте статьи(под снос):
Не отображать в тексте статьи
Подзаголовок:
Forbes попросил венчурных инвесторов и предпринимателей высокотехнологичной сферы назвать главные технологии, изменившие экономику в 2010-х, и дать прогноз на следующее десятилетие
Отправить Push-уведомление в iPhone (под снос):
Не отправлять Push-уведомление
Рубрика (канал):
Технологии
Не показывать рекламу:
показывать рекламу
Не экспортировать в Яндекс и соц сети:
экспортировать в Яндекс
Топ1:
не топ1
Топ 3 с текстом:
НЕ Топ 3 с текстом
Топ 3 с картинкой:
не Топ 3 с картинкой
Срочно отправлять в соц сети:
Срочно отправлять в соц сети
Заменить кавычки на ёлочки:
Заменить кавычки на ёлочки
Проверено корректором:
Нет
Статус материала:
Статус:
У продюсера(на утверждении)
Не создавать InstantArticles:
Создавать InstantArticles
Бесплатный материал:
Бесплатный материал
Дополнительная оплата за трафик:
С оплатой за трафик
Количество просмотров:
7
Количество просмотров за неделю:
175
Количество просмотров за месяц:
1545
Количество просмотров за год:
29454
Дизайн галереи:
Стандартный
Просмотров за 31 день:
5990
"Тёмный" материал:
"Тёмный" материал
-
5 главных технологий десятилетия: выбор венчурных инвесторов
Чтобы назвать главные технологии, определившие основные направления прогресса в 2010-х, редакция Forbes обратилась к российским специалистам в области венчурных инвестиций и предпринимателям в области высоких технологий.
В опросе приняли участие Алексей Басов, инвестиционный директор РВК, Александр Белов, директор бизнес-инкубатора МФТИ «Физтех.Старт», Тимур Бергалиев, заведующий лабораторией прикладных кибернетических систем МФТИ, Игорь Васильев, старший аналитик «Сбербанка», Антон Гопка, основатель фонда ATEM Capital, Денис Ефремов, инвестиционный директор Da Vinci Capital, Александр Иванов, основатель Waves, Артур Исаев, основатель и председатель совета директоров компании «Институт стволовых клеток человека», Евгений Кузнецов, амбассадор SingularityU Moscow, генеральный директор «Орбита Капитал Партнерз», Дмитрий Пимкин, заместитель председателя правления, руководитель инвестиционного дивизиона «К» УК «РОСНАНО», Андрей Прохорович, генеральный директор Eurasia Developmen, Тимур Тавберидзе, генеральный директор Инжинирингового центра МФТИ, Алексей Федоров, руководитель группы квантовых информационных технологий Российского Квантового Центра.
В лонг-лист технологий, составленный экспертами при участии редакции, вошли:
- 3D-биопринтинг, печать органов
- 5G –сети
- Big Data
- Автономное вождение, беспилотники
- Альтернативная энергетика
- Блокчейн
- Виртуальная и дополненная реальность
- Добыча сланцевой нефти
- Иммунотерапиия, в т. ч. «чекпойнт-терапия» рака
- Искусственный интеллект (машинное обучение, распознавание речи и образов)
- Квантовая связь
- Квантовые вычисления
- Киберфизические системы («роботы строят роботов»)
- Нейробиология, оптогенетика
- Облачные технологии
- Регенеративная медицина
- Редактирование генов и генная терапия
- Робототехника
- Синтетическая биология
- Синтетические продукты питания
- Технологии аккумуляции электроэнергии
- Фотоника
- Цифровая медицина
- Электроцевтика
По итогам голосования выбраны пять технологий, заслуживающих называться «технологиями десятилетия» согласно мнению наибольшего числа экспертов. Представляем их в порядке возрастания числа поданных голосов.
Объясняет Константин Северинов, профессор Сколковского института науки и технологий и Ратгерского университета (Нью-Джерси, США):
Идея терапии путем геномного редактирования состоит в следующем: если вы можете в точно указанном месте разрезать молекулу ДНК в хромосоме, например, клетки человека, то клетка сама зашьет внесенный разрыв необходимым вам образом — это позволит, например, исправить какую-либо мутацию или создать изменение в генетическом материале, ведущее к возникновению нужного вам признака. Клинические применения — например, для борьбы с раком или мышечной дистрофией — могут быть основаны на разных технологиях редактирования. В 2010 году технологии CRISPR не существовало: хотя само явление было уже известно, но никакого отношения к практике оно не имело. Тогда существовало два подхода, с помощью которых ученые пытались решать задачи геномного редактирования — «молекулярные ножницы» на основе «цинковых пальцев» и талены. Эти технологии неплохо работают, но они сложны: для того чтобы отредактировать какое-то определенное место в геноме, требовались буквально годы работы высококвалифицированных специалистов.
В 2012 были опубликованы первые статьи, показывающие, что CRISPR-нуклеазы также могут быть использованы для редактирования. Редактирование с помощью CRISPR-нуклеаз на порядок проще, чем с прежними редакторами. Это привело к революции: люди стали говорить, что теперь генным редактированием можно заниматься в гараже (хотя это и преувеличение). Скорость и простота — то, что отличает CRISPR технологию 2010-х годов от технологий нулевых.
Однако «просто» — не обязательно хорошо: «цинковые пальцы» часто оказываются более точными редакторами, чем CRISPR. Kлиническиx исследований с использованием геномного редактирования для лечения болезней человека очень мало, и многие из них основаны именно на «цинковых пальцах». При этом надо понимать: все эти технологии настолько новые, что никаких реальных больных с их помощью пока никто не лечит, если не считать скандальных опытов Хэ Цзянькуя, который тоже никого не лечил, а просто создал девочек с направленными мутациями, вызванными действием CRISPR-нуклеаз. Публикации в прессе иногда оставляют ощущение, что буквально завтра мы всех вылечим, однако это будет никак не завтра, а в лучшем случае через пять-десять лет, и лишь для ограниченного круга редких болезней. Клинические исследования находятся на ранних стадиях. С другой стороны, эти методы уже сейчас широко используются для получения «отредактированных» сельскохозяйственных животных и растений, продукты из которых уже есть в продаже в ряде стран. Надо только понимать, что такие животные и растения — ГМО.
Слово Давиду Рафаловскому, исполнительному вице-президенту Сбербанка, руководителю блока технологий:
Мы стоим на пороге изменений, которые могут сравниться с зарождением жизни на Земле. В 2010-х годах мы перешли из информационной эпохи в цифровую. Сегодняшний день — это экономика данных.
Главное отличие цифровой эпохи от информационной заключается в том, что люди научились работать с «сырыми», неструктурированными данными. За последние 15 лет экспоненциально выросли количество машин, включенных в сеть, число людей, пользующихся интернетом, и производительность компьютеров. На рубеже 2010-х годов технологии Big Data стали доступны широкому бизнесу. При этом в экспоненциально развивающийся мир мы вступаем с линейным мышлением и линейным представлением о будущем — в этом и заключается ключевое противоречие новой эпохи. Мы назвали этот новый мир транзитным и турбулентным.
Он характеризуется гигантским увеличением потока данных. Каждые два дня мы теперь генерируем столько же информации, сколько ее появилось с момента сотворения мира до 2003 года. По прогнозам в 2025 году мы будем генерировать в сто с лишним раз больше: 62 Гб данных.
Технологии анализа больших данных, компьютерного зрения, речевой аналитики, распознавания речи и голоса дают бизнесу и государству возможность «переизобрести» себя. Производители товаров и услуг понимают, что и в их жизнь приходит «цифра». И если они не займутся цифровизацией, то ею займутся конкуренты, которые в итоге вытеснят их с рынка, потому что цифровизация радикально меняет бизнес-модель, удовлетворенность потребителей, стоимость и качество любых товаров и услуг. Big data имеет радикальное влияние на общество. Чтобы быть на волне прогресса, необходимы решения на уровне каждого отдельного человека, бизнеса. Нужно обеспечивать возможности для переподготовки кадров, внедрять новые бизнес-модели и реформировать систему управления и предоставления услуг.
Комментарий Михаила Лобоцкого, управляющего директора компании SberCloud:
Во второй декаде XXI века облачные технологии стали многомиллиардным бизнесом, который продолжит расти и в следующем десятилетии. Согласно прогнозу аналитиков, IDC-рынок облаков будет расти на 22,3% в год и к 2023 году достигнет $500 млрд. Облачные подразделения таких гигантов, как Amazon и Microsoft, стали ключевыми подразделениями этих компаний. Причина такого впечатляющего триумфа облаков — их высокая востребованность в бизнесе и универсальность. Получить свои конкурентные преимущества от использования облачной инфраструктуры и сервисов может получить любая компания, независимо от размеров и направления ее деятельности. Эти преимущества можно охарактеризовать двумя словами: скорость и эффективность.
Миграция в облако позволяет бизнесу очень быстро масштабировать свои вычислительные мощности и оперативно запускать на них новые продукты и решения. Получить у облачного провайдера дополнительные сервера или системы хранения данных можно за минуты. Если же делать это на собственной ИТ-инфраструктуре, то процесс закупки и наладки оборудования, найма ИТ-специалистов может занять месяцы. Точно так же быстро в облаке можно сократить потребление вычислительных мощностей и, соответственно, сэкономить средства.
Отдельно хотелось бы отметить, что облака стали комплементарной технологией для того, что сейчас называют «искусственными интеллектом». Этот факт дополнительно способствует росту популярности облачных решений. Теперь для обучения нейросетвых моделей не нужно покупать много дорогого «железа». Даже небольшая компания или независимый разработчик может использовать облачные мощности для обучения своих программных моделей.
О том, какой путь прошли за десять лет технологии альтернативных источников энергии (АИН), рассказывает Евгений Теруков, доктор технических наук, профессор ФТИ им. А. Ф. Иоффе в Санкт-Петербурге:
Под альтернативными источниками энергии (АИН) обычно понимают солнечную энергетику, ветровую, приливную и биоэнергетику. По темпам развития на первом месте сегодня стоит ветер, однако существуют оговорки относительно экологических последствий ветровой генерации. Что касается солнечной энергетики, то в течение этого века ее суммарная мощность выросла от примерно 1 ГВт в 2001 году до 500 ГВт сейчас.
Сама технология за это время принципиально не изменилась: физическое явление, на котором основана солнечная генерация, было открыто в начале прошлого века, а в 1950-х гг были разработаны первые солнечные батареи на кремнии для космических программ. Только потом технологии, разработанные для космоса, были перекинуты на наземную энергетику.
Проблема была только в том, что солнечные элементы, которые производились для космоса, были дорогими. Поэтому широкомасштабное внедрение солнечной энергетики затянулось. Наземная энергетика приобрела мировые масштабы только в XXI веке. Началось активное наращивание объемов солнечных станций. До 2011 года было построено 40 ГВт мощностей, а потом каждый год прибавлялось по 30, 40, 60 ГВт — каждый год шел рост ввода новых солнечных станций. Похожая динамика и по ветряным электростанциям.
Конечно, на этот рост оказали влияние и те проблемы, с которыми столкнулась атомная энергетика (безопасность), и проблема выбросов СО 2 , связанная с использование традиционных источников сырья в энергетике ( уголь, газ, нефть и т. д). Однако надо понимать, что капитальные затраты по введению мощностей АИН и традиционной генерации несоизмеримы: солнечная станция мощностью 5 МВт строится за 2-3 месяца, а масштабный объект традиционной энергетики — атомной, тепловой или гидро- — возводится годами.
Что касается рентабельности, ее сложно сравнивать, поскольку невозможно подсчитать, к примеру, долгосрочный урон от утилизации конструкционных материалов отработавшего ядерного реактора. Однако уже сейчас в США и Германии стоимость солнечной электроэнергии сравнилась, а для ряда регионов этих стран стала ниже энергии, получаемой от традиционных источников. Наиболее активно солнечную энергетику сегодня развивают Китай, США, Япония, Германия и Индия.
Согласно прогнозам экспертов, к концу столетия 80-90% энергии будет производится по технологиям возобновляемой энергетики.
Рассказывает Игорь Пивоваров, главный аналитик Центра компетенций НТИ на базе МФТИ по направлению «Искусственный интеллект»:
Разработки в области искусственного интеллекта идут уже давно: начало принято отсчитывать от знаменитой конференции в Дартмусе, США в 1956 году. С тех пор было несколько разных поколений технологий ИИ — вопросо-ответные системы, экспертные системы, много других подходов и, наконец, технологии машинного обучения, в первую очередь, глубокие нейронные сети, которые сегодня в первую очередь ассоциируются с понятием «искусственный интеллект». По сути нейронная сеть — это простая математическая модель коры головного мозга человека, способная обучаться решать определенную задачу на большом количестве данных. В такой сети может быть несколько миллионов нейронов, соединенных миллиардами связей (к слову, в мозгу человека ~86 млрд нейронов и триллионы связей).
Революция в этой области произошла примерно в 2010-х годах и связана была с тремя факторами:
- Появились дешевые вычислительные мощности, которые позволили обучать большие сети
- Появились огромные объемы размеченных данных — например, фотографии в Инстаграмме, которые сами же пользователи подписывают хэштегами
- Появился Open-source — открытый программный код, которые компании выкладывают в сеть, и им могут пользоваться все программисты.
Все эти факторы сильно ускорили разработку новых моделей ИИ и их обучение, и сегодня мы имеем обученные сети, способные переводить с языка на язык не хуже, чем человек, или распознавать объекты на картинке даже лучше человека. Однако до настоящего интеллекта пока еще далеко. Все эти технологии относятся к «слабому ИИ», то есть способному выполнять одну узкую задачу. А любой человек способен выполнять множество разных задач, легко переключаясь между ними. Этого машины пока не умеют, так же как и не умеют самостоятельно ставить цели и планировать их выполнение. Эти разработки еще только ведутся, так что впереди нас ждет много интересных открытий!
Перевод Натальи Балабанцевой