«Если кризис будет серьезный, бездомных станет еще больше». Директор «Ночлежки» Григорий Свердлин — о том, почему люди оказываются на улице и как им помочь
Благотворительная организация «Ночлежка» появилась в 1990 году в Санкт-Петербурге (до 1997 года функционировала как фонд). Ее миссия — помогать бездомным людям. По данным организации, сегодня в ней работает порядка 70 сотрудников в Москве и Санкт-Петербурге, в 2019 году бюджет «Ночлежки» составил 104 млн рублей, из которых на частные пожертвования впервые пришлось более 52% (54 млн рублей).
Григорий Свердлин пришел в благотворительность из маркетинга: присоединился к «Ночлежке» в 2004 году в качестве волонтера, в 2009-м стал сотрудником, в 2011-м — директором.
— В 2019 году ваш бюджет вырос на 70% по сравнению с предыдущим годом. Почему получилось так вырасти?
— Здесь несколько причин. Одна из них — просто наша последовательная работа, благодаря которой мы в принципе растем из года в год. За последние 8 лет выросли в 10 раз: в 2011-м наш бюджет был порядка 10 млн рублей, в 2019 году — 104 млн. Еще четыре года назад мы сделали ставку на привлечение не просто разовых пожертвований от обычных людей, а именно регулярных, ежемесячных, жертвователей. В прошлом году их количество существенно выросло и сегодня составляет порядка 4 500 человек, которые подписались на пожертвования у нас на сайте. Думаю, отчасти рост связан с тем, что сейчас просто больше людей готовы участвовать в благотворительности на регулярной основе. Ими движет не разовая эмоция или не только она — люди понимают, что для профессиональной работы благотворительной организации важно планирование, финансовая устойчивость, и, соответственно, важны их регулярные пожертвования.
Еще одна причина — шумиха вокруг открытия «Ночлежки» в Москве (в 2018-м «Ночлежка» и фонд «Второе дыхание» не смогли открыть в Москве бесплатную прачечную для бездомных людей в районе метро «Динамо» — местные жители выступили с протестами. Первый московский «дом» у проекта появился в 2019-м, им стала Консультационная служба на «Беговой» — Forbes Life ). Лучше бы этого противостояния, конечно, не было. Но одним из его последствий стал рост интереса широкой публики к теме бездомности. Началась дискуссия, должны такие проекты существовать в городе или не должны, а если должны, то в жилых кварталах или где-то в промзонах. Поскольку примерно 55-60% нашего бюджета — это частные пожертвования, которые напрямую связаны с количеством упоминаний в СМИ и соцсетях, то, конечно, повышенная пиар-активность привела к росту пожертвований от людей, которые считают, что такие проекты должны существовать.
— А как вы привлекаете постоянных жертвователей? Что именно делаете и какой посыл используете, чтобы мотивировать человека жертвовать деньги на нужды бездомных — эта тема у нас все еще несколько стигматизированная, но в последнее время, кажется, стала вызывать больше интереса и меньше предубеждения.
— Она не просто стигматизированная, мне кажется, люди вообще об этом не задумываются. Я могу судить по себе: когда в 20 с небольшим надумал стать волонтером в «Ночлежке», я абсолютно ничего не знал про бездомность, никакой стигмы в голове у меня не было, но и ничего другого тоже не было.
«Ребята, не залезайте, пожалуйста, в мой кофе. Если вам нужны деньги, так и скажите. А какой я пью кофе, не ваше собачье дело»
Про посыл — мы с коллегами давно для себя решили, что не будем давить на жалость. Например, никогда не будем использовать в публикациях фотографии ампутированных конечностей — смотрите, бездомным из-за низкой температуры зимой ампутируют руки-ноги. Понятно, что таких историй много и таких фотографий каждую зиму, к сожалению, можно сделать множество. Но мы решили, что погружать наших потенциальных сторонников в чернуху — не наш метод. И второе табу, которое мы добровольно наложили на себя — не давить на чувство вины. Не разговаривать с людьми сверху вниз, с позиции «Вы свой кофе за 200 рублей пьете, а подумали ли вы, сколько можно на эти деньги жизней спасти?».
Я всегда стараюсь, и коллег своих призываю, ставить себя на место адресата сообщения. Если какой-то из фондов со мной начнет так разговаривать, у меня будет обратная реакция: «Ребята, не залезайте, пожалуйста, в мой кофе. Если вам нужны деньги, так и скажите. А какой я пью кофе, не ваше собачье дело».
Соблюдение этих двух табу — последовательная политика «Ночлежки». Это громкие слова, но на разные лады мы транслируем примерно следующее — объединившись и потратив немножко усилий, мы вместе можем сделать жизнь вокруг себя чуть-чуть лучше, чуть-чуть человечнее. Это не только помощь тем, кто сейчас в беде, это помощь самим себе, потому что всем хочется жить в мире, в котором человек, оказавшийся на улице, не останется с бедой один на один. И получается у нас история не про жалость и чувство вины, а про вдохновение, объединение и изменение мира к лучшему.
А еще мы всегда стараемся разговаривать про людей, а не про бездомность вообще — мы стремимся персонализировать эту абстракцию, показать конкретных людей, которые в силу очень разных причин оказываются на улице. И честно про это говорим. Да, среди наших подопечных есть люди с зависимостями, из мест лишения свободы. А есть выпускники детских домов, есть те, кого обманули с жильем, с работой. Есть люди, которые продали квартиру, чтобы оплатить лечение близких от ужасной болезни. А вот, смотрите, те, кто выбрался с нашей помощью с улицы. Мы стараемся рассказывать все эти истории и делать это интересно. Потому что ждать, пока наши потенциальные сторонники сами обратят на нас внимание — это не работает. У человека, который листает Facebook, есть 3 секунды, чтобы увлечься постом «Ночлежки», поэтому этот пост должен быть интересно написан. Так что, да, мы используем профессиональный маркетинговый подход к этой социальной и важной теме.
— Как вы привлекаете к сотрудничеству бренды? Был переломный момент, когда компании стали сами к вам приходить, или до сих пор есть проблема, что какие-то бренды не хотят себя ассоциировать с бездомными?
— Такие бренды есть. Например, у нас в Москве и Петербурге ходят Ночные автобусы, которые раздают еду — ее готовят (в основном, бесплатно) различные кафе и рестораны. Бывало, что кто-то дает еду, но говорит: «Только ни в коем случае нас не упоминайте, потому что мы не хотим, чтобы у наших посетителей в голове возникла ассоциация — наш модный ресторан и бомжи». Но мне кажется, что последние лет пять отношение бизнеса действительно меняется, отчасти, потому что сама идея благотворительности становится более популярной. «Ночлежке» — 30 лет, но, скажем так, профессиональной благотворительности в России — 10, максимум 15 лет.
Для бизнеса важно, чтобы вы не просто хорошее дело делали, а подходили к нему профессионально. Когда мы бизнесменам объясняем: «Смотрите, чтобы обеспечить ночлег и помощь одному человеку в Пункте обогрева, нам нужно 388 рублей, и вот как эта сумма складывается. Если вы нам дадите денег, вот такое количество людей смогут получить помощь и начать выбираться с улицы» — они по-другому начинают смотреть на нашу организацию. Мы не просто какие-то сумасшедшие, которые не пойми что делают — у нас все посчитано, все прозрачно.
Один из первых ярких примеров, когда нам не просто денег дали, а прямо начали участвовать, это открытие бесплатной «Культурной прачечной» в Петербурге. Когда мы придумали ее в 2016 году, познакомились с Давидом Папаскири, владельцем сети Prachka.com — он нас послушал, все изучил и сказал: «Окей, у меня есть вот столько коммерческих прачечных, я могу себе позволить одну некоммерческую». И мы сделали прачечную вместе — Prachka.com поставили оборудование, платят аренду, а мы организуем процесс, платим зарплату администратору. Это действительно партнерство. Сейчас такого все больше и больше. Leroy Merlin дали нам строительный материал для ремонта Консультационной службы в Москве и продолжают помогать. Инженеры из компании «Аврора» бесплатно делали всю инженерную документацию по зданию. В целом, наверное, компаний 20 поучаствовали в запуске этой службы. Мы даже сделали стену почета, чтобы лишний раз поблагодарить всех, кто нам помогает.
— Есть крупные частные благотворители, которые вас поддерживают системно?
— Есть, но они как раз появились буквально в последние два года. И даже сейчас у нас нет жертвователей, которые бы составляли, скажем, треть нашего бюджета. Наверное, это даже хорошо. Потому что, если есть настолько крупный жертвователь, это создает потенциальную неустойчивость организации. Но нас, например, поддерживает меценат Владимир Смирнов (бывший член правления ОАО «НОВАТЭК», учредитель частного благотворительного фонда «Образ жизни» — Forbes Life ). Мы ему рассказали про наши планы, а он спросил: «Почему не сразу весь комплекс проектов запускаете в Москве?», мы объяснили, он попросил время подумать, посмотрел все наши сметы. И часть этого большого проекта поддержал, огромное ему спасибо.
«В России никто не знает, сколько в стране бездомных людей — не то, что с точностью до человека, а до полумиллиона»
Была история, которая случилась во время нашего «московского противостояния» — москвичка Татьяна написала очень трогательное письмо, что хочет перевести нам 1 млн рублей: «Вы лучше знаете, на что именно нужно, и вы все правильно делаете, продолжайте. Если получится, то слава богу, если нет, то знайте, вы сделали все, что смогли. И на это «все» вот вам миллион». Мы, к сожалению, не смогли лично сказать Татьяне спасибо — она не приходила на открытие и вообще не хочет, чтобы мы ее фамилию афишировали. В этом году блогер Роман Усачев тоже миллион нам пожертвовал.
— В своей работе вы ориентируетесь на опыт каких-то западных коллег?
— Да, мы стараемся утащить все самое лучшее. Есть, например, организация, которая мне кажется очень профессиональной — «Charity:Water» (американская неправительственная организация, ставит своей целью обеспечить чистой питьевой водой людей в развивающихся странах — Forbes Life ). Много есть примеров. У кого-то крутые рассылки, у кого-то — сайт, акции. Мы стараемся успевать поднимать голову от операционки и изучать это все, чтобы применять в своей работе. Стараемся работать максимально профессионально, потому что нам важно эффективно тратить пожертвования.
— Если смотреть более глобально, в какой стране система по работе с бездомными выстроена, на ваш взгляд, наилучшим образом? Есть какой-то идеал, к которому вы стремитесь?
— Я сейчас вспомнил эпизод, как беседовал с финскими коллегами, а Финляндия — это, мне кажется, мировой лидер в деле ресоциализации и реабилитации [бездомных людей]. Так вот, они мне сказали, сколько у них бездомных по всей стране, я не помню конкретную цифру, но было что-то с точностью до человека — скажем, 124. И спросили, сколько у нас. Я им говорю: «Ребята, я бы рад ответить, но в России никто не знает, сколько их — не то, что с точностью до человека, а до полумиллиона». Потому что никто никогда не пытался их считать, задачи такой не ставилось. В Финляндии практически нет уличной бездомности, потому что человеку, который оказывается на улице, немедленно предоставляется возможность оттуда выбраться — есть разные программы, которые реализуют многие организации, но финансируются они на 90% из госбюджета. Так что, есть, чему у них поучиться.
Но есть проекты, которые пока абсолютно невозможно реализовать в России. Скажем, в США, Финляндии и других странах последние 10 лет развивается подход Housing First — сначала жилье. Человеку с улицы сначала дают квартиру, а уже потом начинают заниматься остальными вопросами. Это работает, если идет почти 100% финансирование от государства. Понятно, что даже в западных странах история «давайте все скинемся и купим бездомному маленькую квартирку» имеет мало перспектив. Поэтому пока мы используем классический подход с пороговой системой. Есть низкопороговые проекты — туда можно прийти хоть пьяным, главное, не мешать другим, не проявлять агрессию. У нас это те же Ночные автобусы, прачечные, душевые, Пункты обогрева. Следующий уровень — это ресоциализация. Когда с людьми общаются соцработники, психологи, юристы — помогают с восстановлением документов, поиском родственников, отъездом домой. Туда пьяным уже не придешь. А дальше есть реабилитационные приюты, где люди в среднем живут по 5 месяцев. На выходе есть показатель, который мы всегда отслеживаем — сколько людей после проживания в наших приютах вернулись не на улицу, а в обычную жизнь. Последние годы это чуть больше половины жильцов.
— Почему именно такой процент? Почему, даже с поддержкой, только половина людей могут вернуться к нормальной жизни?
— Тут разные причины. Для начала надо сказать, что этот показатель у нас только году в 2017-2018 перевалил за 50%, а до этого бывало и 15%, и 20%. Постепенно развиваясь и добавляя к проживанию в приюте разные сервисы, мы пришли к кейс-менеджменту, где у каждого жильца есть свой соцработник, своя программа реабилитации. Человек получает не просто койку и душ, а еще социальное, психологическое и юридическое сопровождение. В какой-то момент мы ввели курсы финансовой грамотности, чтобы люди снова не оказались на улице, не понимая, сколько на самом деле они платят процентов по микрокредитам, начали оплачивать обучение востребованным специальностям. И так далее.
Но части людей мы, к сожалению, не можем помочь. Например, потому что в России толком нет системы социального жилья. Есть вариант, когда человек начинает зарабатывать и снимать себе что-то, есть вариант, что человек воссоединяется с родственниками или мы ему помогаем вернуть отнятое жилье. Людям с 1 и 2 группой инвалидности помогаем устроиться в интернаты. Но если у человека нет показаний к получению инвалидности, если он не может зарабатывать достаточно, чтобы снимать жилье, если у него нет родственников — варианта с хотя бы временным социальным жильем, как во многих других странах, у нас нет. Это суперисключительные случаи, когда нашим юристам удается 1-2 человек в год поставить в очередь на заселение в квартиры социального найма.
А иногда мы не можем помочь, потому что у человека зависимость, он не готов это признать и начать работать. Для тех, кто готов, у нас в прошлом году открылся отдельный приют для людей с зависимостью.
«Без регистрации, в рамках действующей системы, у тебя будут проблемы со многими вещами — с трудоустройством, медицинской помощью и так далее»
— Получается очень точечная, огромная работа с каждым человеком. Расскажите, что вы делаете, чтобы решать проблему системно — например, в 2011-м вы добились, чтобы в Петербурге людям без регистрации давали ОМС. Какие сейчас проекты у вас в разработке?
— Да, это действительно битва за каждого человека, но мы понимаем, что наших сил никогда не хватит даже на один Петербург, уж тем более на всю Россию. И мы с коллегами сформулировали три больших направления для изменения ситуации в стране в целом. Это, во-первых, распространение опыта. Мы доводим свои проекты до очень хорошего уровня и помогаем коллегам их масштабировать. Например, у нас на сайте можно скачать пособие, как в своем городе запустить Ночной автобус. Есть видео-лекции, инструкции. Можно приехать к нам на стажировку. Мы бесплатно делимся программным обеспечением, которое под себя разработали.
Второе направление — просветительское, борьба со стереотипами, которые есть в обществе. А третье — это как раз борьба за совершенствование законодательства. За то, чтобы государственная социальная помощь была более человечной и при этом более профессиональной. Нам одним эту брешь не заткнуть — это должна быть совместная работа множества организаций, сплетенных вместе в страховочную сеть для людей, которые по каким-то причинам выпали из социума и оказались на улице. Среди этих организаций должны быть как благотворительные, так и государственные, светские, религиозные — самые разные.
— Есть какой-то закон, продвижение которого сейчас для вас — главный приоритет?
— Много таких законов. У нас всяких предложений по совершенствованию законодательства сейчас на 40 листов подготовлено. Но один из краеугольных камней, которые мы очень надеемся сдвинуть — это, конечно, существующая система регистрации [по месту жительства и пребывания]. Мы редко об этом задумываемся, но, с моей точки зрения, это крепостное право light. Мы его 150 лет назад отменили, но до конца избавиться никак не можем.
Без регистрации, в рамках действующей системы, у тебя будут проблемы со многими вещами — с трудоустройством, медицинской помощью и так далее. Хотя вообще-то по трудовому кодексу человека нельзя дискриминировать из-за того, что у него нет регистрации, но 95% организаций не берут к себе без нее, просто потому что так сложилось. Нам очень хочется, чтобы регистрация по месту жительства перестала быть разрешительной , а стала уведомительной, как в большинстве стран — когда ты просто сообщаешь государству, где живешь, куда тебе счета присылать.
— Как думаете, насколько нам далеко до этого?
— Сложно сказать, думаю, еще минимум лет 5 над этим работать. Но мы работаем.
— Как вы себя чувствовали весной, во время первой волны эпидемии? Заметили сильный спад пожертвований или, наоборот, прирост?
Это было очень необычное для нас время. Много усилий приходилось прикладывать, чтобы наши проекты продолжали работать (закрылась только Консультационная служба, мы оставили консультации по телефону и через сайт). Боялись, что будет вспышка в одном из наших приютов, а у нас довольно много пожилых людей, но все обошлось. Сильно снизился средний размер пожертвования. Единственное, что мы могли этому противопоставить — это еще большему количеству людей рассказывать о нашей работе, чтобы стало больше жертвователей. И у нас действительно был рост весной — общая сумма пожертвований была даже больше, чем мы прогнозировали без коронавируса (в апреле получилось 8,6 млн рублей).
«Зимой люди чаще задумываются, каково живется тем, у кого нет дома. И коронавирус стал для нас вот такой второй «зимой»
Мы делали большие акции — например, «Ты не один», когда просили людей формировать продовольственные наборы и оставлять их в местах, где бывают бездомные — рядом с вокзалами, станциями метро. Многие эту историю подхватили, причем не только в Москве и Петербурге. Нам откуда только не писали, — Улан-Удэ, Екатеринбург, Казань, — рассказывали, как развешивают пакеты на улицах. Вообще, у пожертвований и публикаций в СМИ по нашей теме есть сезонность — зимой люди чаще задумываются, каково живется тем, у кого нет дома. И коронавирус стал для нас вот такой второй «зимой».
— Из-за кризиса многие остались без работы, особенно, приезжие люди. По вашим ощущениям, вы заметили, что стало больше бездомных людей?
— Уже замечаем, к сожалению. Особенно это было видно в карантинные времена, у нас примерно в два раза выросло количество обращений за едой и за помощью в Ночные автобусы. Я сам время от времени езжу волонтером, помню, увидел парня лет 25 — мы с ним разговорились, он рассказал, что он вообще-то таксист, но сейчас почти нет клиентов, поэтому денег на съем жилья у него больше нет, он теперь живет в машине, ходит за едой к нашему автобусу, и ждет, пока все это закончится, и люди снова начнут ездить на такси. Таких примеров было много. Потом эта волна спала, но, если кризис будет серьезный, бездомных будет еще больше. Будем для них делать все, что можем.
— Вы как-то пытаетесь подготовиться ко второй волне, которая уже начинается? У вас вообще есть возможность это сделать — например, с финансовой точки зрения?
— В какой-то степени, да, у нас есть финансовая подушка. Потому что у нас порядка 70 сотрудников, есть приюты, в которых нужно оплачивать коммунальные услуги, закупать еду и так далее — без запасов вести работу невозможно. Естественно, мы сокращаем все расходы, которые можем сократить — но мы и так лишнего никогда не тратим.
Но главный залог нашей финансовой устойчивости — это те 4 с лишним тысячи человек, которые подписаны на регулярные пожертвования, спасибо им огромное. Мы не думаем, что будет настолько серьезный кризис, что разом 70% этих людей отвалятся. Возможно, кто-то отпишется, а кто-то сократит пожертвование — будет не 500 рублей переводить каждый месяц, а 200. Но мы очень будем стараться, чтобы эти люди, несмотря на кризис, с нами остались.
Помочь «Ночлежке» можно через сайт организации.
12 способов проявить себя на почве благотворительности
12 способов проявить себя на почве благотворительности
Международный фонд CAF прошлым летом провел глобальное исследование частной благотворительности. Согласно обнародованным результатам, первое место в мире разделили Австралия и Новая Зеландия — жители этих стран более других вовлечены в благотворительную деятельность. Также в первую десятку стран вошли Швейцария, США, Великобритания и даже Шри-Ланка. Россия оказалась на 138-м месте рейтинга. Всего 6% опрошенных россиян делают денежные благотворительные пожертвования. Но зато 20% опрошенных признались, что регулярно занимаются волонтерской работой, а еще 29% — оказывают посильную помощь нуждающимся. Таким образом, исследование показало, что в России преобладает число людей, занимающихся нематериальной благотворительностью.
В советские времена самой распространенной формой волонтерской деятельности считались субботники. Ситуация изменилась в начале 1990-х годов, когда стали появляться благотворительные фонды, объединяющие добровольцев, готовых помогать в домах престарелых, интернатах для сирот, хосписах, больницах. Причем делать это предстояло на абсолютно безвозмездной основе. Сегодня волонтерское движение в России, в отличие от западных стран, развито слабо, поэтому необходимость в людях, небезразличных к чужим проблемам, есть всегда. Возможно, в скором времени в качестве дополнительной мотивации волонтерская работа даже будет включена в трудовой стаж. Об этом обещал подумать президент Дмитрий Медведев.
Forbes выбрал 12 несложных дел, которые предлагают благотворительные фонды и программы.
[processed]
Где: Москва, Благотворительный фонд «Волонтеры в помощь детям-сиротам»
В 2004 году Елена Альшанская, основатель благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам», вместе со своим ребенком попала в больницу и оказалась рядом с палатой отказников. Брошенные дети лежали там абсолютно одни, оставленные на попечение разве что врачей и медицинских сестер. Тогда была сформирована первая инициативная группа волонтеров, а в 2007 году был зарегистрирован благотворительный фонд, получивший свое нынешнее название.
«Волонтеры в помощь детям-сиротам» осуществляет работу по трем основным направлениям: профилактика социального сиротства, содействие устройству отказников в приемные семьи и уход за детьми в больничных и сиротских учреждениях. Помочь помыться и одеться, погулять, покормить ребенка, поиграть с ним — вот основные обязанности, которые ложатся на плечи добровольцев в медицинских учреждениях. Также требуются волонтеры, у которых есть опыт ухода за младенцами.
Сегодня для добровольцев Фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» открыт доступ в Детскую инфекционную больницу №6, Детскую городскую Морозовскую больницу, Детскую психоневрологическую больницу №18 и ряд других медицинских учреждений столицы. Минимальная занятость волонтеров в больницах составляет не менее половины дня в неделю.
Подробнее: http://www.otkazniki.ru" target="_blank"> www.otkazniki.ru
Где: Москва, движение «Курский вокзал. Бездомные дети»
«Война в Грозном, я беженка с 1995 года, с тех пор в Москве на улице», «Сбежал из приюта в 14 лет», «Приехал на заработки, украли документы», — это лишь малая часть историй тех, кто лишился дома и оказался на улице, и кому теперь помогают добровольцы православного народного движения «Курский вокзал. Бездомные дети».
Движение появилось в Москве в 2006 году, объединив усилия социальных работников и просто неравнодушных людей. Вначале предполагалось оказывать помощь беспризорным детям, но очень быстро было принято решение, что помогать будут всем вне зависимости от возраста.
На сегодняшний день движение открыло пункты экстренной социальной помощи на Курском, Павелецком, Ярославском, Ленинградском, Казанском вокзалах, а также рядом с платформой «Серп и Молот». За неделю помощь оказывается в среднем 700 бездомным, и сделать это удается во многом благодаря деятельности волонтеров.
Движению нужны добровольцы, готовые взять на себя приготовление пищи один-два раза в неделю. Также нужны люди, которые смогут развозить на личном транспорте еду для бездомных по вокзалам столицы. Машины с питанием и горячим чаем отправляются от Даниловского монастыря, к 20:00 уже нужно быть на одном из вокзалов. Движение также ищет медицинских работников, готовых безвозмездно проводить осмотры бездомных, и юристов, которые смогут давать консультации на тему восстановления документов и поиска работы.
Подробнее: http://www.besprizornie.ru" target="_blank"> www.besprizornie.ru
Где: Москва, волонтерская группа помощи инвалидам и старикам «Старость в радость»
Словосочетание «старость в радость» сложно применить к брошенным старикам, которые доживают свои дни в домах престарелых. Но именно так решено было назвать волонтерскую группу помощи, которая начала складываться в 2005 году. Именно тогда студентка филфака МГУ Лиза Олескина оказалась на практике в селе Ямм Псковской области. В поисках образцов народного фольклора студентка зашла в местный дом престарелых и была шокирована условиями жизни стариков. Под впечатлением от увиденного Лиза Олескина совместно с группой московских студентов создала волонтерскую группу «Старость в радость», которая объединила людей, взявших шефство над стариками в домах престарелых.
Главная задача добровольцев, как сами они ее формулируют, дать почувствовать пожилым людям, что они не одиноки, не брошены и не забыты. Ради этого волонтеры совершают регулярные поездки в дома престарелых, где дают импровизированные концерты, вешают занавески на окна палат и просто пьют чай и общаются с бабушками и дедушками.
Помимо этого, участники «Старость в радость» также становятся для стариков «внуками по переписке». Присоединиться к группе и начать писать можно любой бабушке или дедушке, главное — делать это регулярно и не бросать. В первое письмо следует вложить свою фотографию. Как рассказывают участники группы, у многих стариков фотографии их «внуков и внучек по переписке» стоят на тумбочках. Писать можно о чем угодно, а также обязательно прилагать к письму конверт с обратным адресом и наклеенной маркой. Вступая в переписку, нужно быть готовым к одностороннему общению, так как многим пожилым людям сложно писать ответные письма.
Подробнее: http://www.starikam.ru" target="_blank"> www.starikam.ru
Где: Киров, приют для бездомных животных «Зоокоролевство»
В мае 2010 года в Кирове была зарегистрирована общественная организация защиты животных «Зоокоролевство». За прошлый год в старом здании в Больничном переулке удалось восстановить электро- и водоснабжение, подключить систему отопления, установить окна и двери, провести частичную отделку помещений. Приют заработал, и сегодня в нем содержатся 25 собак и 4 кошки. Но для того, чтобы увеличить число подобранных животных, «Зоокоролевству» необходимо расширяться.
Приют ищет волонтеров, готовых, в первую очередь, работать руками. Во-первых, нужны люди, которые смогут до наступления зимы участвовать в строительстве вольеров и у которых есть навыки кирпичной кладки. Во-вторых, «Зоокоролевство» будет радо волонтерам-архитекторам, которые знают, как правильно спроектировать будки для собак. В-третьих, нужны добровольцы, готовые выгуливать собак и готовить для них еду. Волонтеров ждут каждые выходные с 11:00, когда на территории приюта проходят субботники. Также добровольцы могут приехать в любой будний день после работы.
Подробнее: http://www.zookorolevstvo.ru" target="_blank"> www.zookorolevstvo.ru
Где: Приморский край, город Находка, школа №25 «Гелиос»
Когда: до 9 мая 2012 года
В годовщину окончания Второй мировой войны, 2 сентября, был дан старт акции «Живи и помни». Ее цель — разместить на тех домах, где живут и жили ветераны, памятные таблички, которые школьники делают своими руками. Первая небольшая табличка уже появилась на доме 85-летнего отставного полковника Николая Косткевича, служившего в годы войны на флоте, получившего ранение, но благополучно вернувшегося с фронта.
Акция «Живи и помни» продлится 9 месяцев и закончится в следующем году в День Победы. За это время предполагается сделать и вывесить на домах как можно больше табличек с именами ветеранов. Посетить клуб «Ветеран», а также присоединиться к акции могут ученики и других школ Находки.
Где: федеральный проект «Территория без сирот»
Устройству сирот в приемные семьи посвящен проект «Территория без сирот». Сейчас на сайте проекта собраны десятки анкет детей разных возрастов, которые ищут родителей.
«Территория без сирот» нуждается в помощи профессиональных фотографов, готовых посещать детские дома и делать портретные снимки воспитанников. Проект реализуется на территории всей России. Так, в 2011 году к «Территории без сирот» присоединились два новых региона — Мордовия и Свердловская область. Длительность командировок фотографов-добровольцев туда будет составлять минимум три-четыре дня. Первое обязательное условие к будущим волонтерам: возможность осуществлять поездки только в рабочие дни. Это связано с тем, что во время съемок обязательно должен присутствовать представитель руководства сиротского учреждения, а также представитель органов опеки. Второе обязательное условие: предварительная консультация с психологом проекта, который определит готовность добровольца к встречам с детьми-сиротами.
Подробнее: http://www.opekaweb.ru" target="_blank"> www.opekaweb.ru
Где: Москва, благотворительный фонд «София»
Сравнивая детскую благотворительность и помощь, оказываемую престарелым людям, вторую часто признают менее «перспективным» направлением. Объясняют это тем, что за детьми видят будущее и поэтому помогают им охотнее, а старики все равно рано или поздно умрут. С такими рассуждениями в корне не согласны в фонде «София» — одной из старейших благотворительных организаций Москвы.
Фонд начал свою работу более 12 лет назад, выбрав приоритетным направлением помощь пожилым людям, инвалидам и одиноким старикам. В Москве многие дома престарелых обеспечены нормально. А вот чем обделены старики, так это вниманием. Фонду «София» нужны волонтеры для посещения домов престарелых (в одном из них, кстати, живет много актеров), а также для помощи престарелым людям на дому. От первых требуется преимущественно уход за стариками: помочь помыться, расчесаться, покормить, почитать книгу или обсудить новости. В холодное время года покатать на коляске по коридору, а в теплое — вывезти во двор на прогулку. Посещения московских домов престарелых проходят по средам и субботам в первой половине дня. Добровольцы, решившие помогать одиноким старикам на дому, должны быть готовы провести уборку в квартире, весной вымыть окна, а зимой — заклеить их, купить и принести продукты, приготовить еду, постирать. Специальных навыков, чтобы начать волонтерскую деятельность в Фонде «София», не требуется. А на помощь новичкам всегда готовы прийти координаторы программ и более опытные добровольцы.
Подробнее: http://www.sofiafond.ru" target="_blank"> www.sofiafond.ru
Где: Москва, благотворительные фонды «Клуб волонтеров», «Волонтеры в помощь детям-сиротам» и др.
Почти каждый благотворительный фонд регулярно сталкивается с проблемой транспортировки вещей, собранных для детских приютов, больниц или домов престарелых. Еще одна трудность: не всегда удается взять в поездку всех желающих волонтеров из-за того, что попросту не хватает мест в машинах. Поэтому многие благотворительные фонды постоянно находятся в поиске водителей-добровольцев.
Так, сообщество «Клуб волонтеров» ищет автомобилистов, готовых один-два раза в месяц совершать поездки в подмосковные детские дома. А на сайте благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» в разделе «Срочно нужна помощь» регулярно появляются объявления о поиске водителя с автомобилем. Чаще всего возникает потребность в перевозках в пределах Москвы. Например, довезти ребенка до больницы или привезти из одного места в другое вещи или результаты анализов. Но также нужны люди, готовые совершать поездки на дальние расстояния. Ближе к рождественским и новогодним праздникам потребность в волонтерах-водителях возрастает, так как наступает время «поздравительных» поездок и развоза подарков.
Подробнее: http://www.club-volonterov.ru" target="_blank"> www.club-volonterov.ru и http://www.otkazniki.ru" target="_blank"> www.otkazniki.ru
Где: Москва, Фонд помощи хосписам «Вера», Первый московский хоспис
Осенью 2006 года начал работу благотворительный фонд помощи хосписам «Вера». Его возглавила Анна Федермессер, дочь основателя и главного врача Первого московского хосписа Веры Миллионщиковой.
Московский хоспис стал первым учреждением в Москве, где совершенно бесплатно могли находиться неизлечимо больные люди и их родственники. Забота о пациентах стала для Веры Миллинщиковой делом ее жизни, а заповедь «Если человека нельзя вылечить, это не значит, что ему нельзя помочь» — девизом хосписного движения.
Благотворительный фонд «Вера» занимается финансовой поддержкой хосписов, организацией образовательных программ для их сотрудников, а также формированием общественного интереса к проблемам хосписов и их пациентов. Первый московский хоспис является учреждением департамента здравоохранения, и здесь нет недостатка в профессиональных врачах. Но зато есть потребность в добровольцах, готовых брать на себя решение повседневных бытовых нужд.
Сегодня Первому московскому хоспису нужны дополнительные руки для уборки помещений, проведения мелких ремонтных работ, ухода за прилегающей территорией, благоустройства палат и двора. Также в фонде «Вера» рады тем волонтерам, которые готовы работать непосредственно с больными. Чаще всего к добровольцам обращаются с просьбами покормить пациентов, погулять с теми, кто не передвигается самостоятельно, подстричь волосы или сделать маникюр, написать письмо или выполнить личное поручение.
Подробнее: http://www.hospicefund.ru" target="_blank"> www.hospicefund.ru и http://www.hospice.ru" target="_blank"> www.hospice.ru
Где: Москва, художественно-реабилитационный центр «Дети Марии»
В 1997 году художница Мария Елисеева начала заниматься рисованием с детьми из вспомогательного интерната №103. Через какое-то время эти уроки переросли в реабилитационный художественный центр, получивший название «Дети Марии». Сегодня в студии, расположенной в небольшом подвальном помещении в центре столицы, занимается более 200 учеников из московских детских домов и школ-интернатов, в том числе дети с церебральным параличом, задержкой развития и другими заболеваниями.
В центре проходят занятия по лепке, музыке, шитью, рисованию, кулинарии. Часть занятий проводят профессиональные педагоги, но помимо них мастер-классы и кружки организуют волонтеры студии. Добровольцам необязательно иметь специализированное педагогическое образование, достаточно желания помогать детям и делиться с ними своим опытов. Помимо творческих занятий, можно проводить уроки по английскому языку, фотографии или истории искусств. Центру «Дети Марии» также нужны репетиторы по различным предметам школьной программы, готовые заниматься с выпускниками интернатов и готовить их к сдаче ЕГЭ и поступлению в колледжи и вузы.
Подробнее: http://www.mariaschildren.ru" target="_blank"> www.mariaschildren.ru
Где: Москва, Фонд «Право матери»
В 2010 году количество военнослужащих, погибших при прохождении службы в армии, составило несколько тысяч человек. Такие данные обнародовал фонд «Право матери», который начал складываться еще в 1990 году, решив отстаивать права и интересы родителей, чьи сыновья погибли в вооруженных силах в мирное время. Сегодня фонд занимается оказанием бесплатной юридической помощи, представляет интересы пострадавших в суде, а также проводит социологические исследования.
В фонде, куда за один только 2010 год обратились 4570 семей погибших призывников, работа осуществляется не только силами профессиональных юристов, но и волонтеров. Добровольцы занимаются составлением компьютерных баз данных и оптимизацией архива, делают переводы текстов, собирают необходимые юристам документы. Есть и те, кто выполняет самую простую работу: клеят марки на конверты и рассылают письма родителям погибших солдат. Фонд «Право матери» принимает волонтеров, достигших 18-летнего возраста. Здесь рады как молодым мамам, так и пенсионерам. А волонтерам-студентам даже предоставляется возможность официального прохождения практики и выдача рекомендаций.
Подробнее: http://www.mright.hro.org" target="_blank"> www.mright.hro.org
Где: федеральный проект, Государственная программа развития добровольного донорства «Служба крови» и Инициативная группа «Доноры — детям» (Москва)
Согласно медицинской статистике, для нормального функционирования системы здравоохранения необходимо, чтобы в стране на каждую тысячу человек приходилось не менее 25 доноров. Чаще всего кровь для переливания нужна при проведении сложных операций, тяжелых родах, пациентам, пострадавшим от ожогов, а также больным с онкологическими заболеваниями. В Европе и США на тысячу человек приходится 35-60 доноров, тогда как в России, по данным на 2009 год, эта цифра составила всего 14 человек.
В 2008 году стартовала федеральная программа развития добровольного донорства «Служба крови». На сайте проекта волонтеры могут получить всю необходимую информацию о донорстве, найти адреса станций переливания крови в своих городах, а также узнать о местах и датах проведения акций по сбору крови.
Помимо «Службы крови» ряд благотворительных фондов также привлекает волонтеров-доноров. Так, в 2003 году в Москве появилась инициативная группа «Доноры-детям». Волонтеры начали работу с создания электронного реестра безвозмездных доноров, а также распространяли объявления о донорстве. С момента основания группе удалось привлечь более 700 человек. «Доноры — детям» главным образом помогают детям с болезнями крови, проходящим лечение в Российской детской клинической больнице. Группа представляет собой целиком волонтерское объединение, к которому может присоединиться любой желающий.
Подробнее: http://www.yadonor.ru" target="_blank"> www.yadonor.ru и http://www.donors.ru" target="_blank"> www.donors.ru
