Покупай то, во что веришь: почему новое поколение частных инвесторов вкладывается в «Тинькофф» и «Яндекс»

В середине 1990-х покупать ценные бумаги частным образом, если кто не помнит, было делом крайне хлопотным и небыстрым. Для оформления каждой сделки клиенту нужно было ехать в банк и заполнять бумажную заявку, а через несколько дней возвращаться туда снова и забирать отчет о совершенной транзакции. Сделка могла и не состояться, например, если на рынке не было подходящей цены, но клиент мог узнать об этом только при повторном посещении банка. Частных инвесторов на фондовом рынке почти не было.

А жаль! Доходность ГКО в 1996-м, в год выборов президента России, достигала 200% годовых, валютный коридор обеспечивал ее примерно на таком же уровне и в долларах.

Теперь иные времена. Ставки в рублях — около 5% годовых, а в долларах и вовсе нулевые. Зато выйти на рынок может каждый, для этого достаточно всего лишь скачать мобильное приложение вроде «Альфа Директа» или «Тинькофф Инвестиций». Тинькофф Банк с большим отрывом занимает 1-е место по числу активных клиентов на Московской бирже, в июле 2020-го их было почти 400 000 человек, на втором месте Сбербанк — 187 000, на третьем ВТБ — 135 000. С момента начала работы сервиса в 2017 году только через «Тинькофф Инвестиции» на Московскую биржу пришло почти 1,5 млн частных инвесторов.

Что их привлекает? Низкий порог входа, минимальные комиссии, удобный интерфейс и отличная скорость обслуживания. При этом банки постоянно совершенствуют свои брокерские приложения и расширяют возможности клиентов. В «Тинькофф Инвестициях», например, есть возможность маржинальной торговли, стоп-заявки, «стаканы», робот, помогающий новым инвесторам конструировать портфели.

Российские банки по сравнению с западными весьма технологичны. Классические европейские и американские банки редко могут предложить клиентам услуги банкинга в телефоне, не говоря уже про возможность торговать на рынке с помощью пары кликов. Другое дело — финтех-компании, или необанки. Феноменом стал американский проект Robinhood, этот стартап (капитализация после майского раунда инвестиций достигла $8,3 млрд) привлек на фондовый рынок миллионы новых инвесторов: к середине 2020 года их было 13 млн. И в подавляющем большинстве клиенты платформы — молодые люди (средний возраст инвестора Robinhood 31 год) с небольшим счетом (средний чек $4800). Как они принимают инвестиционные решения? Да очень просто: никакой скучной аналитики, финансовой отчетности или технического анализа, покупай то, чем пользуешься и во что веришь. На американском рынке это Amazon, Facebook, Apple, Google, Netflix. Ведь эти гиганты меняют мир к лучшему, значит, достойны наших денег.

В России все то же самое. Миллионы молодых оболтусов покупают в своих айфонах акции той же TCS Group (материнская компания Тинькофф Банка), «Яндекса», Mail.ru Group, ставшего экосистемой Сбербанка. Вывод? Чем больше хипстеров в Москве — тем больше вероятность не прогадать, купив акции любимых ими компаний новой экономики. Это к Грефу не ходи.

В контент лист
0

Рекомендуемые материалы

Оксана Титова
Снижение продуктивности – организационная травма как последствие внедрения изменений

После организационных изменений компании часто сталкиваются с парадоксальной ситуацией: новые структуры внедрены, процессы перестроены, стратегия обновлена, но продуктивность падает, растёт абсентеизм, сотрудники теряют инициативу и вовлеченность. Эти явления обычно объясняют сопротивлением изменениям или недостаточной мотивацией, однако на практике они часто являются последствиями организационной травмы – состояния, в котором сотрудники теряют чувство контроля, доверие к организации, ощущение справедливости и смысл своей работы. В этой статье Оксана Титова, организационный консультант, бизнес-психолог, основатель проекта “Организационная динамика” и xHRD рассматривает, почему изменения могут снижать продуктивность, как связаны организационные изменения, травма выжившего, потеря доверия и абсентеизм, а также что HR и руководителям необходимо делать, чтобы восстановить вовлеченность, доверие и эффективность организации после трансформаций.