«Регулярные акции устрашения»: работники компаний из дела «крабового короля» пожаловались Путину
Работники «Курильского универсального комплекса» (КУК), «Приморской рыболовной компании» (ПРК) и компании «Монерон» написали обращения к Владимиру Путину (копии писем есть у Forbes). В письмах трудовые коллективы сахалинских компаний жалуются на давление со стороны силовиков, негативные сюжеты в СМИ и «прессинг с использованием административного ресурса».
25 июня обращения были направлены в электронную приемную администрации президента и по почте, рассказали представители компаний (их прямые контакты указаны в реквизитах писем). В пресс-службе президента не смогли оперативно ответить на запрос, пресс-секретарь президента Дмитрий Песков был недоступен для комментариев.
С чего началось
Неприятности начались в конце 2018 года, указывают в письме сотрудники КУК: тогда компания «оказалась вовлечена в информационную войну, устроенную московскими масс-медиа». То же пишут коллективы «Монерона» и ПРК. Работники последнего предприятия даже указывают конкретную точку отсчета своих злоключений: выход в эфир передачи «Крабовая ловушка».
Расследование вышло на канале «Россия» и было посвящено крабовому бизнесу, в котором центральная роль отводилась бизнесмену Олегу Кану, которого в СМИ часто называют «крабовым королем». После сюжета на ПРК «свалился весь возможный проверяющий аппарат нашего государства», жалуются президенту работники предприятия: ФСБ, полиция, налоговая служба. «Регулярные акции устрашения» со стороны силовиков терпят и сотрудники КУК и «Монерона», следует из их писем.
Интерес силовиков неслучаен. Вскоре после выхода фильма Кан уехал из страны, а СК реанимировал старое уголовное дело, в котором Кан подозревается в организации убийства бизнесмена Валерия Пхиденко в 2010 году, и завел новое — о контрабанде. Следователи утверждают, что Олег Кан использовал КУК, ПРК и «Монерон» для контрабанды краба на 210 млн рублей. Бизнесмен заочно арестован и объявлен в розыск. В конце марта Южно-Сахалинский городской суд по ходатайству СК арестовал имущество и акции трех компаний.
Чем может кончиться
«Правоохранительные органы арестовывают наше имущество, технику, земельные участки и заводы, лишая нас возможности работать и просто вынуждая нас закрыться», — жалуются работники ПРК. «Мы опасаемся, что завтра весь флот будет поставлен к стенке и парализован», — беспокоятся сотрудники КУКа. «Происходит выдавливание нашей компании из рыбопромышленной отрасли», — пишет коллектив «Монерона».
В итоге более 250 человек могут лишиться рабочих мест, предупреждают сотрудники «Монерона». Кроме того, по их мнению, «придет в упадок» сахалинский порт Невельск. Потерять работу также боятся работники КУКа и ПРК. Общее количество людей, поставивших свои подписи под письмами, достигает почти 700 человек. Это матросы, боцманы, капитаны и другие сотрудники компаний. Все они просят президента «вмешаться и разобраться в сложившейся ситуации».
Весной Олег Кан просил главу СК Александра Бастрыкина о честном расследовании в отношении себя. Взять уголовное дело Кана под личный контроль Бастрыкина, а также генпрокурора Игоря Краснова просила и телеведущая Ксения Собчак. Она собиралась приобрести по 40% «Монерона» и КУКа, но сделки заблокировал суд, арестовав компании. Мать Собчак, сенатор от Тывы Людмила Нарусова после обращения дочери пожаловалась председателю Верховного суда Вячеславу Лебедеву.
Таинственные недоброжелатели
За атакой на «Монерон» стоят «недоброжелатели», которые хотят «привести компанию в упадок, а затем забрать весь рыболовецкий флот и все имеющиеся у компании квоты», говорится в письме сотрудников «Монерона». Следствие лоббирует интересы «новых владельцев крабодобывающего бизнеса на Дальнем Востоке», писал Бастрыкину Кан и утверждал, что компании ему «приписали».
Согласно данным СПАРК-Интерфакс, Кан не владеет ни ПРК, ни КУКом, ни «Монероном». Но бизнесмен числится советником гендиректора ПРК, КУКом ранее владел его сын Александр, а «Монерон» принадлежит депутату Сахалинской областной думы и давнему соратнику Кана Дмитрию Пашову (его жена и дочь числятся среди подписавшихся под письмом Путину от коллектива «Монерона»). В интервью «Ведомостям» Кан говорил, что основал этот бизнес, но в последние годы не управлял им, а лишь «давал советы» сыну и Пашову.
КУКу и «Монерону» принадлежат квоты на вылов около 10 000 тонн краба на Дальнем Востоке. Объемы были вдвое больше до того, как государство выставило половину всех квот на «крабовые» аукционы в конце 2019 года. Участвовать в новом распределении ресурсов компании не решились. Зато примерно треть дальневосточного краба, выставленного на торги, приобрели структуры Глеба Франка, зятя Геннадия Тимченко . До аукционов Франк интересовался и КУКом с «Монероном», рассказывал Кан «Ведомостям». Стороны не сошлись в цене, а затем начались неприятности, говорил «крабовый король». Представитель Франка подтверждал переговоры с Каном и Пашовым, но говорил, что интерес был к крабовому флоту, а не квотам. Теперь интерес пропал, а общение прекратилось после объявления Кана в федеральный розыск, говорил представитель Франка.
Короли морей: кому принадлежит российская рыба. Рейтинг Forbes
Короли морей: кому принадлежит российская рыба. Рейтинг Forbes
Forbes составил второй рейтинг крупнейших рыбопромышленников России. В первый раз подсчитать, кто ловит и продает российскую рыбу, мы попытались чуть более двух лет назад. Для первого рейтинга в качестве главного критерия мы использовали объем квот на вылов морских ресурсов. На этот раз мы положили в основу рейтинга объем выручки за 2018 год.
Мы отправили запрос в каждую компанию-участника рейтинга с просьбой прокомментировать данные по выручке, которые собирали с помощью базы «СПАРК-Интерфакс». Ответы компаний мы учли при составлении списка.
Объем квот на 2019 года (по приказам, опубликованным на сайте Росрыболовства) мы тоже подсчитали, но использовали его в качестве справочного показателя.
В рейтинге десять участников — десять групп компаний, объединенных общими бенефициарами. Среди них — участники рейтинга богатейших бизнесменов России, бывшие и нынешние чиновники и их родственники. Выручка связанных с ними компаний (их больше 70) в 2018 году составила 238 млрд рублей. В 2019 году Росрыболовство распределило среди них квоты на вылов 2 млн т водных ресурсов. Много это или мало? По всему Дальнему Востоку объем квот на 2019 год составил 2,5 млн т.
Первое место, как и два года назад, занял холдинг «Норебо» Виталия Орлова — абсолютный лидер по объему полученных квот и единственная компания из рыболовецкой отрасли, представленная в рейтинге крупнейших частных компаний России . Но объем квот не всегда коррелирует с заработками компаний. Например, Северо-западный рыбопромышленный консорциум (СЗРК) по квотам — в конце списка, но благодаря высокой выручке входящих в него компаний в новом рейтинге он занимает третье место. Таким результатам СЗРК обязан тем, что почти 20% принадлежащих ему квот приходится на вылов краба.
Появились в рейтинге и новые участники, например дальневосточная группа «Сигма Марин Технолоджи» или работающая на севере группа «ФЭСТ». Подробнее о крупнейших российских рыбопромышленников читайте в нашей фотогалерее.
Компания: «Норебо»
Выручка: 58,2 млрд рублей
Крупнейший рыбопромышленный холдинг России начинался с мурманской компании «Карат» и норвежской Ocean Trawlers, основанной партнерами Виталием Орловым , Магнусом Ротом и Александром Тугушевым. Ocean Trawlers поставляла российским рыбакам подержанные норвежские траулеры, а также выкупала у них улов. В 2011-2013 году группа пережила стремительный рост, потратив порядка $600 млн на скупку конкурентов на Северо-Западе и Дальнем Востоке.
Сегодня «Норебо» объединяет 16 рыболовецких компаний, а 100% акций холдинга принадлежит Орлову — единственному российскому рыбопромышленнику в рейтинге долларовых миллиардеров Forbes. В Лондоне и России с ним судится Тугушев. В начале 2000-х Тугушев перешел на работу в Госкомрыболовство, но вскоре был осужден на шесть лет за мошенничество. Сейчас он пытается доказать, что даже после этого сохранил за собой треть «Норебо», а Орлов похитил у него эту долю.
Подробнее: Морской бой. Бывшие друзья, основатели крупнейшего рыбопромышленного холдинга делят бизнес
Компании: «Гидрострой», ПБТФ
Выручка компаний: 34,6 млрд рублей
В начале 1990-х бывший военный строитель Александр Верховский вместе с партнерами создал на Курилах рыболовецкое предприятие «Гидрострой». Сегодня «Гидрострой» не только занимается рыбной ловлей и развивает аквакультуру. Это главный строительный подрядчик на Курильских островах, реализующий существенную часть федеральной целевой программы по развитию региона до 2025 года. На крупнейшем острове гряды Итурупе «Гидрострой» построил большую часть инфраструктуры — дороги, аэропорт, школы, жилые дома, стадион.
В 2012-2017 годах Верховский представлял Сахалинскую область в Совете Федерации. Вернувшись к управлению «Гидростроем», он примерно за $400 млн выкупил у семьи губернатора Сахалинской области Олега Кожемяко Преображенскую базу тралового флота. После этого «Гидрострой» стал второй рыболовной компанией России. А Forbes оценил состояние экс-сенатора в $800 млн. В рыболовном бизнесе у Верховского есть партнеры — соратники Романа Абрамовича — Ефим Малкин и Ирина Панченко.
Подробнее: Островитянин. Как Александр Верховский стал рыбопромышленным магнатом
Компания: СЗРК
Выручка: 32,2 млрд рублей
История Северо-западного рыбопромышленного консорциума (СЗРК) началась с курьеза. В конце 1980-х режиссер телевидения Геннадий Мирогородский обменивал у мурманских рыбаков рубли на валюту, необходимую для приобретения видеокамер. Во время одной из таких «транзакций» рыбаки забрали рубли, неожиданно запили и не смогли отдать Миргородскому валюту. И предложили расплатиться двумя старыми траулерами и долей в рыболовецкой компании.
Сегодня СЗРК — одна из крупнейших рыбопромышленных групп Северо-западного бассейна. В январе 2014 года консорциум обошел компанию «Русское море — Добыча», совладельцем которой был зять миллиардера Геннадия Тимченко Глеб Франк, на аукционе по приватизации 100% Архангельского тралового флота. Еще раньше структуры Миргородского и его партнера Дмитрия Озерского скупили 100% квот на вылов в Баренцевом море краба. Но 1 мая Владимир Путин подписал закон, по которому 50% всех российских крабовых квот выставили на аукционы. СЗРК пришлось потесниться — после аукционов объем его крабовых квот сократился с 19 200 т до 14 500 т. Но консорциум все еще занимает первое место по объему квот на вылов краба.
Крупнейшие компании: «Океанрыбфлот», «Феникс»
Выручка компаний: 26,6 млрд рублей
Валерий Пономарев начинал в 1990-х с торговли автомобильными знаками, а Игорь Евтушок работал водителем и матросом. Сегодня Пономарев и Евтушок входят, согласно декларациям о доходах, в число самых богатых российских чиновников. Пономарев представляет Камчатский край в Совете Федерации, Евтушок — член краевого заксобрания. Они владеют крупнейшим камчатским рыбодобытчиком «Океанрыбфлотом», который приобрели в 2002 году. С ними также связаны рыбодобывающие компании «Витязь-авто», «Поллукс» и «Феникс». Долгое время партнером Пономарева и Евтушка был Ен Тяк Де, в «Океанрыбфлоте» он работал главным менеджером по рекламе. Но летом он вышел из состава акционеров «Океанрыбфлота».
Компания: РРПК
Выручка компаний: 21,6 млрд рублей
Компанию «Русское море — Добыча» (сейчас «Русская рыбопромышленная компания») в 2011 году создали младший брат подмосковного губернатора Андрея Воробьева Максим и зять миллиардера Геннадия Тимченко Глеб Франк. Своих квот у компании не было, и вскоре она приобрела за $540 млн бизнес китайского холдинга Pacific Andes — компании «Турниф», «Интрарос», «Совгаваньрыба» и «Востокрыбфлот». В 2017 года РРПК получили контроль над 75% компании ДМП-РМ приморского бизнесмена Дмитрия Дремлюги. На крабовых аукционах в октябре 2019 года структуры РРПК стали главными покупателями. Они скупили примерно треть выставленного на торги дальневосточного краба (около 12 000 т) за 38 млрд рублей. Теперь РРПК — вторая по объему крабовых квот рыболовная группа после СЗРК. Максим Воробьев в 2018 году продал свою долю в РРПК Франку.
Компания: Группа Salmonica
Выручка: 17,3 млрд рублей.
Продав в 2018 году Александру Верховскому Преображенскую базу тралового флота, семья сахалинского губернатора Олега Кожемяко не ушла из рыбного бизнеса. Супруга губернатора Ирина Герасименко , сестра Ольга Кравченко и сын Никита владеют долями в компаниях, входящих в дальневосточную группу Salmonica: «Тымлатский рыбокомбинат», «Морские ресурсы», Озерновский РКЗ №55 и «Рыбхолкам». Никите Кожемяко также принадлежит компания «Восход», владеющая квотами на вылов примерно 1600 т дальневосточного краба, часть из которых приобрела на аукционах 2019 года.
Компании: «Сигма Марин Интернешнл», «Софко», «Тралфлот»
Выручка компаний: 14 млрд рублей
О совладельцах компании «Сигма Марин Технолоджи» Сергее Попове и Максиме Петрушине известно немного. Им также принадлежат компании «Софко», «Тралфлот», «Дальневосточный берег» и «Восход». Компании ведут промысел на Дальнем Востоке, в том числе ловят скумбрию и иваси в экономической зоне Японии. «Сигма Марин» владеет квотами на вылов порядка 7600 т краба, занимая по этому показателю пятое место среди рыбопромышленников России.
Компания: Группа ФЭСТ
Выручка: 12,7 млрд рублей
В 1992 году 47-летний Юрий Прутков возглавил «Мурманский траловый флот» (МТФ) — крупнейшую промысловую компанию Северного бассейна, а вскоре принял участие в ее приватизации. К 2011 году МТФ представлял собой холдинг из ряда предприятий, тогда же Прутков продал головную структуру компании «Карат» (позже стала основой холдинга «Норебо» Виталия Орлова). После сделки Прутков сохранил несколько небольших компаний («Стрелец», «Феникс», «Таурус» и «Эридан»), на основе которых создал группу ФЭСТ.
В 2017-2018 годах группа пережила атаку ФАС. Антимонопольщики попытались лишить ФЭСТ квот на вылов рыбы, апеллируя к тому, что Прутков имеет гражданство Мальты, а его сын Виталий — вид на жительство этой страны (отцу и сыну принадлежали 40% акций группы). Но Прутковы сумели отбиться в суде.
Компания: Группа ФОР
Выручка: 11,5 млрд рублей
Среди совладельцев компаний, входящих в группу ФОР, — родственники и партнеры экс-полпреда Ильи Клебанова. Самому Клебанову принадлежат 38,9% акций компании «ФОР-Петербург». Его дочь Екатерина — учредитель компании «Вирибус», которая выступает акционером в Ленинградском оптико-механическом объединении, его Клебанов возглавлял до перехода на госслужбу. Один из крупнейших активов группы «Фор» — компания «Морская звезда», основанная экс-депутатом Госдумы Асаном Нюдюрбеговым, которую структуры Клебанова приобрели в 2011 году и вывели из банкротства.
Компания: НБАМР
Выручка: 10 млрд рублей
В 1991 году Сергей Дарькин создал компанию «Ролиз» и руководил ею вплоть до избрания губернатором Приморского края в 2001 году. В 2011 году «Ролиз» выкупила группа «Карат» Виталия Орлова, но семья Дарькина сохранила в сфере влияния компанию НБАМР (Находкинская база активного морского рыболовства). В 2012 году Дарькин покинул госслужбу. А в 2014 году создал Тихоокеанскую инвестиционную группу (ТИГР). Среди проектов — нефтеналивной терминал в Находке, кластер ювелирной продукции «Евразийский алмазный центр» во Владивостоке.
