Обманчивая стабильность: почему не стоит верить в оптимистичный прогноз на 2020 год
Прежде чем говорить об ожиданиях на 2020 год, следует посмотреть на итоги уходящего 2019 года, который вышел крайне неоднозначным, как для мировой, так и для российской экономики. Этот год мы завершаем с самым слабым ростом мировой экономики за последнее десятилетие, он же является одним из лучших для большинства классов финансовых активов (кроме ресурсных).
Низкий рост и высокий доход
Разрыв между динамикой финансовых рынков и экономикой во многом обусловлен стремительным разворотом денежно-кредитной политики ключевых центральных банков мира. Если в конце 2018 года ожидали три повышения ставок в США до 3,0-3,25%, то через год мы увидели три понижения и ставку 1,5-1,75%. Ставки снижали ЕЦБ, Народный банк Китая, Банк России и Банк Бразилии, — впервые за десятилетие более половины центральных банков мира снизили свои ставки. Одновременно центральные банки нарастили предоставление ликвидности на рынок.
Все это происходило на фоне сокращения мировой торговли, которое произошло впервые с кризиса 2008 года и стагнации мировой промышленности, причиной которых стали «торговые войны». Сформировался еще один фундаментальный разрыв, когда спад торговли и стагнация в промышленности в большинстве экономик сопровождались устойчивым ростом сектора услуг. Отчасти это обусловлено бюджетной поддержкой: 20 крупнейших экономик (по номинальному ВВП) нарастили совокупный дефицит бюджета с 3,5% до 4% ВВП. Обеспечить рост китайской экономики выше 6% в 2019 году удастся в основном благодаря активной бюджетной политике и наращиванию дефицита.
На фоне повышения налогов, достаточно жесткой бюджетной и денежно-кредитной политики российская экономика продемонстрировала достаточно слабый экономический рост, но это было вполне ожидаемо. Во второй половине года ситуация улучшилась на фоне более активного расходования бюджетных средств и снижения ставок Банком России с 7,75% до 6,25%. Денежный дождь от мировых центральных банков не обошел стороной и российский финансовый рынок: только в сектор госдолга от нерезидентов за 11 месяцев года пришло более $22 млрд, из которых более $16 млрд — в рублевые ОФЗ. Приток иностранного капитала на российский финансовый рынок практически полностью компенсировал экспортные потери от снижения цен на энергоресурсы, что обеспечило устойчивый курс рубля в течение всего года и укрепление курса к концу года. Приток капиталов нерезидентов на фоне снижения ставок Банка России привел к стремительному снижению доходности гособлигаций во втором полугодии.
Отдельно стоит сказать об инфляции, которая оказалась значительно ниже ожиданий во втором полугодии мы увидели замедление месячных приростов цен до 0,2% м/м, что соответствует годовой инфляции около 2,5%. В таких условиях текущие ставки Банка России на уровне 6,25% по-прежнему выглядят чрезмерно высокими.
В целом, ситуация в России мало отличалась от мировых тенденций: слабый экономический рост, низкая инфляция, снижение ставок и стремительный рост стоимости финансовых активов.
Обманчивый 2020-й
Если просто транслировать текущие тенденции на следующий год, прогноз выйдет весьма оптимистичным. Американские власти перед выборами будут стремиться удержать экономику и рынки на плаву. В США не исключено снижение налогов для среднего класса, политический цикл обойдется без больших неожиданностей, при ухудшении экономической ситуации ФРС продолжит стимулирующую политику вернувшись к снижению ставок весной-летом. Торговые трения в преддверии выборов в США станут более мягкими с намеками на решение вопроса.
Еврозона смягчит отношение к бюджетным дефицитам и согласится разумно расширить бюджетное стимулирование экономики. Китай приложит все усилия для того, чтобы удержать экономический рост вблизи плановых 6%, и не допустит ухудшения ситуации в финансовом секторе. Политические страсти в Латинской Америке улягутся и не окажут влияния на платежеспособность экономик, а Индия сможет остановить стремительное замедление экономического роста. Ближний Восток продолжит бурлить, но без серьезных последствий для рынка нефти.
Долги продолжат стабильно расти, ставки и инфляция останутся низкими, мировая торговля перестанет сокращаться и темпы роста мировой экономики стабилизируются и даже немного ускорятся. Основные фондовые индексы подрастут еще на 5-10%. Российская экономика ускорится на фоне более активного освоения бюджетных средств и использования ФНБ (около 1,5% роста ВВП), стабильного курса (около 65 рублей за доллар), стабильной нефти ($60-$65 за баррель), устойчивой инфляции (3-3,5%) и постепенного снижения ставок (5,5-6,0%). В общем-то это и есть текущий консенсус ожиданий относительно перспектив 2020 года.
Такой прогноз приятно положить под новогоднюю елку и выпить за него бокал шампанского под куранты и фейерверки. К сожалению, в мировой экономике накопился такой набор дисбалансов и рисков, который невозможно игнорировать.
Фундаментальный разлом между стагнирующими доходами среднего класса и высокими прибылями корпораций (и их состоятельных владельцев) продолжит генерировать социальный запрос на изменения в мире, что выразится в росте влияния популистских идей на политику. В новый год мир входит с разрывами между материальной и нематериальной экономиками, между слабой экономикой и историческими максимумами на многих финансовых рынках. И эти разрывы придется начинать закрывать уже в следующем году.
Мировая экономика продолжает расти за счет активного наращивания долга и за счет использования крайне мягкой денежно-кредитной политики, но рост этот слабеет. При этом запас возможностей наращивания монетарных и фискальных стимулов в большинстве экономик практически исчерпан. Инерционное замедление экономического роста в мире скорее всего продолжится, хотя и будет сглажено активной стимулирующей политикой. Однако это лишь создает условия для появления «черных лебедей». Откуда они могут прилететь, гадать не имеет смысла — слишком много узлов потенциальной нестабильности.
В такой ситуации важно понимать основные риски 2020 года. Для российской экономики серьезные проблемы может создать синхронная реализация двух рисков: резкое падение цен на нефть и отток капитала. Каждый фактор по отдельности вряд ли способен сгенерировать тяжелые последствия. В 2019 году приток иностранных капиталов на наш финансовый рынок сделал курс крепче на 2,5-3 рубля относительно доллара. Даже просто отсутствие этого притока будет приводить к ослаблению российской валюты до 67-68 рублей за доллар. Прекращение покупок валюты Банком России в рамках бюджетного правила, которое поддержало курс в конце 2018 года — начале 2019 года, оказывает тем меньшую поддержку курсу, чем ближе рыночная цена нефти к уровню бюджетного правила ($42,4 за баррель для 2020 года).
Триггеры для пессимистичного сценария сосредоточены на развивающихся рынках (долговой рынок Китая, экономика Индии, Латинская Америка) и в геополитических процессах. В то же время какие-то значимые сигналы от экономики рынки, вероятно, получат не ранее весны, и какие-то значимые инвестиционные решения лучше планировать на этот период.
Черные лебеди—2020: какие глобальные катаклизмы ударят по России и рублю в новом году
Черные лебеди—2020: какие глобальные катаклизмы ударят по России и рублю в новом году
В 2020 год российская экономика входит достаточно уверенно с точки зрения устойчивости к внешним рискам. По словам ректора РЭШ Рубена Ениколопова, проблемы в мировой экономике не должны вызвать катастрофы в России, «поскольку у нас, в первую очередь, большие резервы». В 2019 году объем международных резервов России впервые с 2014 года превысил $500 млрд. К началу декабря золотовалютная подушка безопасности достигла $546,6 млрд.
Однако внешние риски способны скорректировать траекторию российской экономики. ЦБ в своем обзоре финансовой стабильности в начале декабря указывал , что основные риски для российской экономики связаны именно с внешними факторами — «обострением торговой и геополитической напряженности, более глубоким замедлением глобального роста, снижением внешнего спроса на товары российского экспорта».
Forbes попросил экономистов назвать факторы глобальной повестки, которые могут нанести наибольшие потери для экономики России.
Ярослав Лисоволик, глава Sberbank Investment Research: «Один из самых главных рисков 2020 года — это торговые войны, которые уже сказались на финансовом рынке и привели к росту волатильности валютных курсов. Если торговые войны продолжатся, ситуация будет напоминать американские горки: после периода относительной стабилизации будет следовать эскалация отношений, и возможного решения пока не просматривается».
Сергей Алексашенко, бывший зампред ЦБ: «Главный риск для глобальной экономики — это новый раунд торговых войн из-за позиции США или из-за неспособности апелляционного суда ВТО выполнять свою роль. В последние 40 лет глобализация была двигателем экономического роста, поэтому разворот политики от глобализации в сторону защиты собственных рынков назад неизбежно притормозит глобальный экономический рост. Для России низкие темпы роста — это серьезный риск, поскольку это обуславливает стагнацию уровня жизни».
Татьяна Евдокимова, главный экономист Нордеа Банка: «Основные риски связаны с продолжением замедления глобальных темпов роста, которое наблюдалось в 2019 году. Триггером замедления могут стать новые раунды эскалации торговых войн, напряженность по которым в последние несколько месяцев немного снизилась. Для России данный сценарий неприятен тем, что он ограничивает потенциал роста цен на нефть, а также препятствует выполнению цели по наращиванию несырьевого экспорта из-за слабого внешнего спроса».
Андрей Мовчан, инвестменеджер, основатель Movchan's Group: «Нарастание конфликта между США и Китаем в торговой области приведёт к более сильному замедлению мировой экономики и снижению стоимости ресурсов, но маловероятно, что нефтяные цены упадут ниже уровня отсечения по бюджетному правилу. Ни Вашингтону, ни Пекину сильный торговый конфликт не выгоден».
Ярослав Лисоволик: «Среди более драматичных вариантов — риск существенного замедления мировой экономики и глобальной рецессии. Базовый сценарий МВФ предполагает самые низкие темпы роста на 2020 года за 10 лет — 3,5%. Замедление мировой экономики ослабит внешний спрос на российские энергоносители, поспособствует замедлению российской экономики и увеличит отток капитала. Скорее всего, замедление в 2020 году мировой экономики будет происходить без резкого проседания и скатывания в рецессию. В американской экономике, зависящей от потребительского спроса, ситуация вероятно останется благоприятной. Для европейской экономики существенным фактором будет влияние Brexit. Для КНР главным фактором рисков остается задолженность государственного и корпоративного секторов».
Валерий Черноокий, профессор РЭШ: «Торговые войны между США, Китаем и ЕС, выход Великобритании из Евросоюза, структурные и долговые проблемы в китайской экономике грозят снижением мировой торговли. Экономики Германии и Италии уже сегодня балансируют на грани рецессии. И хотя сценарий острого финансового кризиса наподобие кризиса 2008 года остается маловероятным, замедление мировой экономики может привести к снижению спроса на российский экспорт и падению цен на нефть и другие сырьевые ресурсы».
Максим Буев, проректор РЭШ: «Велика вероятность того, что в 2020 году мы, наконец, увидим начало рецессии в Европе или США, которые способны скорректировать траекторию экономики».
Татьяна Евдокимова: «Серьезный риск — это выход Великобритании из Евросоюза без соглашения, который способен значительно замедлить мировую экономику. Но вероятность такого сценария в последнее время снизилась».
Татьяна Евдокимова: «Ряд валют развивающихся стран могут оказаться под давлением. В последнее время нестабильность была особенно заметна в отношении латиноамериканских валют, в связи с акциями протеста и преддефолтным состоянием Аргентины. В случае существенного ослабления валют стран Латинской Америки может произойти отток капитала с развивающихся рынков, что может стать умеренным негативом для рубля».
Андрей Мовчан: «Существуют риски возникновения проблем в странах Латинской Америки, которые способны привести к значительной коррекции на финансовых рынках, что спровоцирует уход инвесторов-нерезидентов с российского рынка и скажется на стоимости рубля».
Олег Шибанов, профессор финансов РЭШ: «Одним из рисков будут президентские выборы в США. Дональд Трамп провел противоречивые, но экономически успешные четыре года: безработица на очень низком уровне, рынок акций значительно подорожал. В результате его шансы остаться на посту кажутся довольно высокими. Тем не менее, второй срок Трампа, вероятно, будет менее экономически сильным, хотя президент может продолжить налоговые реформы и изменения на рынке труда».
Рубен Ениколопов: «Именно из-за выборов в США вероятность начала кризиса в этой стране в 2020 году довольно низкая».
Ярослав Лисоволик: «Цены на нефть могут снизиться до $55 за баррель».
Сергей Алексашенко: «Падение цен на нефть является главным риском для российской экономики: это вызовет инфляцию и новый виток падения доходов населения».
Андрей Мовчан: «Геополитический риск обострения отношений на Ближнем Востоке, связанный с отношениями между суннитами и шиитами, может превратиться в экономический риск, поскольку приведёт к росту нефтяных цен. Но для российской экономики этот риск может стать позитивным фактором роста».
