Мосгорсуд признал законным продление домашнего ареста Майкла Калви
Мосгорсуд в четверг признал законным продление домашнего ареста основателю фонда Baring Vostok Майклу Калви, передает корреспондент Forbes из зала суда. Бизнесмен и его адвокаты требовали отменить меру пресечения, которую в июле продлил Басманный суд. При этом суд снял некоторые ограничения для Калви — теперь он может общаться со всеми, кроме свидетелей по делу и обвиняемых.
«Следствие ведется неэффективно, а Калви все это время находится под домашним арестом», — выступал в суде адвокат Дмитрий Клеточкин. Он настаивал, что единственное значимое действие, которое сейчас проводится по делу, – это оценочная экспертиза стоимости акций International Financial Technology Group, которые вместо денег получил банк «Восточный». Сами потерпевшие оценивают этот пакет акций более чем в 3 млрд рублей, говорил в суде адвокат.
30 книг, кнопочный телефон и закрытая дверь на террасу: как Майкл Калви живет под арестом
«Сам банк не готов продать эти акции дешевле 3 млрд рулей. А Калви находится под домашним арестом. Оценочная экспертиза была назначена не в феврале, когда возбудили уголовное дело, а только весной, — подчеркивал Клеточкин. – Я полагаю, что оснований для домашнего ареста нет – прошу залог или запрет определенных действий».
Второй адвокат Лариса Каштанова просила хотя бы снять ограничение на общение и разрешить прогулки каждый день по шесть часов.
«Я поддерживаю жалобу своих адвокатов», — был краток Калви. Более подробно он выступил на английском языке. Причем он регулярно поправлял переводчика и в конце концов просто начал переводить себя сам.
«Никакого хищения не было. Все деньги были использованы для оплаты обязательства. Не было никакого обмана – все детали сделок были прозрачны, — говорил Калви. – Реальная стоимость купленных акций превышает 2 млрд рублей. С июля месяца банк получил три предложения от независимых покупателей на этот пакет. Самое большое предложение – 2,6 млрд рублей. Это подтверждает, что никакого ущерба не было причинено. Но банк отказался принять это предложение».
Калви настаивал, что уголовное дело – это способ получить преимущество в споре за банк «Восточный», а весь спор должен был разрешаться в арбитражных судах. «Каждый месяц, в который я сам и мои коллеги не можем вернуться в работу, негативным образом сказывается на инвестиционном климате в России. Это намного важнее, чем предмет этого спора, — говорил Калви. – Я соблюдаю все условия домашнего ареста и сотрудничаю со следствием». Он просил отменить домашний арест и позволить вернуться к работе в офисе.
В свою очередь представитель банка «Восточный» просил оставить бизнесмена под домашним арестом. Также он настаивал, что расследование дела продолжается, и стоимость пакета акций проверяется. Такого же мнения придерживались и следователь с прокурором. «Доводы адвокатов – это попытка исказить позицию следствия. Он может негативно повлиять на ход расследования. Найти свидетелей и склонить их на свою сторону», — выступал следователь. «Нет никаких сведений о том, что Калви не может содержаться под домашним арестом, — говорил прокурор. – Оснований для отмены или изменения меры пресечения не имеется». Также прокурор выступал против того, чтобы суд разрешил Калви прогулки.
Что читает Майкл Калви под арестом
Что читает Майкл Калви под арестом
Карл Саган, «Контакт»
Милтон Фридман, «Свобода выбирать»
Юваль Харари, «21 урок для 21 века»
Энтони Бивор, «Вторая мировая война»
Пэт Конрой, «Повелители дисциплины»
Александр Дюма, «Граф Монте Кристо»
Соммерсет Моэм, «Острие бритвы»
Соммерсет Моэм «Театр»
Джон Мичем, «Томас Джефферсон: искусство власти»
Дневники военного времени Василия Гроссмана
Короткие рассказы Антона Чехова
