Злые шутки Ларса фон Триера. Фильм недели: «Дом, который построил Джек»

Джек работает инженером, но в душе он архитектор. Он хочет построить совершенный дом, но не может найти материал, который бы подошел его проекту. Между неудачными попытками Джек убивает людей. Каждое убийство дает ему вдохновение на стройке.

Почти десять лет назад экуменическое жюри Каннского кинофестиваля наградило картину фон Триера «Антихрист» антипризом за «женоненавистничество». Драма о конце света «Меланхолия» доводила чувствительного зрителя до панических атак, а знаменитая «Нимфоманка», которую показывали в двух частях, стала главным высказыванием режиссера о природе сексуальности. После «Антихриста» у режиссера появился соавтор Йенли Халлунд, с которой Триер  вел долгие диалоги во время работы над сценариями.

После того как Ларс Фон Триер положительно высказался о нацизме, он стал персоной нон грата на Каннском кинофестивале. Но фестиваль пригласил фон Триера показать вне конкурса фильм «Дом, который построил Джек», где главный герой сравнивает тиранов с художниками. Зрители сотнями  уходили с премьерного показа. Зато те, кто смогли досмотреть до финала, устроили десятиминутную овацию режиссеру.

«Дом, который построил Джек» построен как исповедь, лишь с тем отличием, что главный герой не собирается каяться. Джек считает себя выше других, считает, что богатство и образование дают ему право лишать людей жизни. У Джека есть особенность — обсессивно-компульсивное расстройство, которое приносит комический элемент в действие. Представьте себе: серийный убийца возвращается на место преступления, чтобы вытереть кровь со стены. Первые «творения» Джека выглядят настолько нелепо, что воспринимаются как комедия. Но не тут-то было, с каждой новой сценой Триер разгоняется, так, чтобы провалиться вместе со зрителями в ад.

Фильм Ларса фон Триера — тест на интеллект и насмотренность зрителей. По монологам героя и киноцитатам из «Дома, который построил Джек» можно прочитать не одну лекцию по истории искусства и кинематографа. Например,  Джек отправляется в чистилище вместе с Верджем, —не трудно догадаться кто скрывается за именем,—  отсылка к картине Эжена Делакруа «Данте и Вергилий в аду». Живая инсталляция напоминает работы арт-группы AES+F.

Но по мере развития сюжета чувство вкуса и меры изменяет профессору фон Триеру, другим не остается места и он нарциссически заполняет все пространство кадрами из своих фильмов.

Мэтт Диллон всегда играл харизматичных злодеев, но редко выбивался на первый план. Можно смело сказать, что Джек — лучшая роль актера. Нестандартные образы достались актрисам Уме Турман и Райли Кио. Женщины играют жертв убийцы, каждая запомнится зрителям своим вызовом или наигранной глупостью. Естественно, они были не единственными на его пути.

Как и любой фильм Ларса Фон Триера, «Дом, который построил Джек» обязателен к просмотру. Сюжет выглядит максимально доступным, и в то же время режиссер сообщил все, что хотел. Кино существует, чтобы включать фантазию и заставлять ее работать на полную катушку, а не предсказывать что будет дальше после первых пяти минут фильма. В конце становится понятно, что режиссер все это время издевался над нами — в титрах звучит самая известная песня про Джека.

В контент лист
0

Рекомендуемые материалы

Сергей Орлов-Горский
Адаптация культуры при слияниях и поглощениях: как подружить коллективы двух разных компаний

Когда две компании объявляют о слиянии, первое, на что обращают внимание — это цифры сделок и прогнозы экономической эффективности. Но внутри, в офисах и на «земле», в этот момент начинается совсем другая история. История столкновения двух вселенных со своими ритуалами, языком, кумирами и правилами игры. По данным ряда исследований, до 30% слияний и поглощений (M&A) не достигают заявленных целей именно из-за культурных противоречий, а не финансовых просчетов. И если финансы можно «свести» достаточно быстро, то свести две команды в единый коллектив — это антропологическая задача, требующая времени, деликатности и системного подхода. В статье Сергей Орлов-Горский, корпоративный антрополог и старший консультант по работе с корпоративной культурой, вовлеченностью и моделями компетенций, рассказывает, как превратить неизбежный «культурный шок» в точку роста новой объединенной компании.

Оксана Титова
Снижение продуктивности – организационная травма как последствие внедрения изменений

После организационных изменений компании часто сталкиваются с парадоксальной ситуацией: новые структуры внедрены, процессы перестроены, стратегия обновлена, но продуктивность падает, растёт абсентеизм, сотрудники теряют инициативу и вовлеченность. Эти явления обычно объясняют сопротивлением изменениям или недостаточной мотивацией, однако на практике они часто являются последствиями организационной травмы – состояния, в котором сотрудники теряют чувство контроля, доверие к организации, ощущение справедливости и смысл своей работы. В этой статье Оксана Титова, организационный консультант, бизнес-психолог, основатель проекта “Организационная динамика” и xHRD рассматривает, почему изменения могут снижать продуктивность, как связаны организационные изменения, травма выжившего, потеря доверия и абсентеизм, а также что HR и руководителям необходимо делать, чтобы восстановить вовлеченность, доверие и эффективность организации после трансформаций.