Сделать бизнес на съедобных насекомых

съедобные насекомые

Джарод Голдин – сооснователь канадской фермы Next Millennium Farms. Восемнадцать месяцев он экспериментирует с выращиванием сверчков и личинок и считает себя ветераном жуководства

В 2013 г. он прочитал отчет ООН, где говорилось, что решением проблемы голода может стать использование насекомых. А еще он увидел в теленовостях сюжет про стартап Chapul по производству энергетических батончиков из сверчков мелкого помола. Вдохновленный Голдин уговорил своих братьев Даррена и Райана, которые уже выращивали насекомых для продажи в зоомагазины, основать еще один бизнес. На этот раз поставлять людям здоровую и экологичную пищу, богатую протеином. «Рынок как раз начал развиваться, так что я не намерен был упускать своего», – говорит Голдин.

То, что выращивание насекомых – дело выгодное, уже доказано не одним поколением. Вот только их товар шел на наживку для рыб или корм для рептилий. Да и их производители не слишком увлекались модернизацией производства. Новое поколение бизнесменов настроено автоматизировать все процессы. Их стимулируют жесткие требования к сырью для продуктов, идущих в пищу людям. Начать хотя бы с того, что насекомые для человека должны выращиваться отдельно от тех, что идут на корм животным или продаются рыбакам. Дэниел Имри-Ситунаяке стал одним из основателей Tiny Farms – фермы в Калифорнии, которая задумывалась как образцово-показательное производство для демонстрации современных методов выращивания насекомых. Разработанные технологии планируется патентовать и продавать.

Масштабы производства ведут к необходимости снижать издержки. Выращивание жуков для домашних животных прибыльно, пока речь идет о малых объемах: «Люди особо не задумываются, раз в неделю покупая 10 сверчков за $10 для своей любимой бородатой ящерицы». Но если попытаться продать им один фунт муки из хрущака, на который идет около 5000 насекомых, за $30–40, спрос будет явно ограниченным», – говорит Имри-Ситунаяке. В индустрии насекомоводства пока еще нет ни проторенных путей, ни проверенных временем решений, ни даже развитой сети производителей, с которыми можно посоветоваться. Автоматизация производства – это история проб и ошибок, сетует сооснователь Aspire Food Group Габриель Мотт, который выращивает насекомых в Техасе, Мексике и Гане.

Пищепром покупает

Множество ферм насекомых возникли из-за появившегося спроса на их сырье со стороны пищевых брендов, выпускающих батончики, печенье и другие деликатесы из шестилапого сырья.

Хейди де Бруин, соучредитель Proti-Farm, голландской компании по производству протеина, c 2008 г. разводит в небольших количествах насекомых, пригодных для еды. Сейчас Бруин занимается установкой на ферме видеокамер и сенсорных устройств, которые вместо людей будут следить за насекомыми. А ферма Big Cricket Farms была вынуждена изобрести собственную систему прокачки воды через насосы, чтобы опрыскивать водой только что народившихся сверчков без риска их утопить, объясняет Кевин Бэчхабер, соучредитель фермы.

Другая забота фермеров – как создать комфортные условия жизни для насекомых. Ведь значительная часть потребителей съедобных насекомых обеспокоена вопросами экологии и заботы о животных. Поэтому, рассказывает Бэчхабер, на его ферме большое внимание уделяют процессу безболезненного умерщвления насекомых и пытаются предотвратить агрессию среди питомцев. Фермеры постоянно пытаются убедить потребителя в том, что предлагаемые насекомые действительно пригодны для еды и безопасны для здоровья. Проблема в том, что в сфере разведения насекомых нет проработанной системы регулирования. Минсельхоз США только собирается разработать регулирующие механизмы в этой сфере.

Несмотря на все сложности, фермеры, выращивающие насекомых, смотрят в будущее с оптимизмом. В этом году ЕС планирует пересмотреть свои постановления по новым видам продуктов. Это сделает более прозрачной процедуру получения разрешений на использование насекомых в сфере питания в ЕС. По словам Бруин, только за первые четыре месяца 2015 г. ее компания заработала на продаже съедобных насекомых столько же, сколько за весь 2014 год. А Next Millenium Farms получила $1 млн от фонда прямых инвестиций на расширение бизнеса.

В контент лист
0

Что Вы думаете об этом?

Прокомментировать

Рекомендуемые материалы

Сергей Орлов-Горский
Адаптация культуры при слияниях и поглощениях: как подружить коллективы двух разных компаний

Когда две компании объявляют о слиянии, первое, на что обращают внимание — это цифры сделок и прогнозы экономической эффективности. Но внутри, в офисах и на «земле», в этот момент начинается совсем другая история. История столкновения двух вселенных со своими ритуалами, языком, кумирами и правилами игры. По данным ряда исследований, до 30% слияний и поглощений (M&A) не достигают заявленных целей именно из-за культурных противоречий, а не финансовых просчетов. И если финансы можно «свести» достаточно быстро, то свести две команды в единый коллектив — это антропологическая задача, требующая времени, деликатности и системного подхода. В статье Сергей Орлов-Горский, корпоративный антрополог и старший консультант по работе с корпоративной культурой, вовлеченностью и моделями компетенций, рассказывает, как превратить неизбежный «культурный шок» в точку роста новой объединенной компании.

Оксана Титова
Снижение продуктивности – организационная травма как последствие внедрения изменений

После организационных изменений компании часто сталкиваются с парадоксальной ситуацией: новые структуры внедрены, процессы перестроены, стратегия обновлена, но продуктивность падает, растёт абсентеизм, сотрудники теряют инициативу и вовлеченность. Эти явления обычно объясняют сопротивлением изменениям или недостаточной мотивацией, однако на практике они часто являются последствиями организационной травмы – состояния, в котором сотрудники теряют чувство контроля, доверие к организации, ощущение справедливости и смысл своей работы. В этой статье Оксана Титова, организационный консультант, бизнес-психолог, основатель проекта “Организационная динамика” и xHRD рассматривает, почему изменения могут снижать продуктивность, как связаны организационные изменения, травма выжившего, потеря доверия и абсентеизм, а также что HR и руководителям необходимо делать, чтобы восстановить вовлеченность, доверие и эффективность организации после трансформаций.